Аннев бережно сжал фонарь в ладонях.

– Только древним своим эту птичку не показывай, – предостерег Крэг. – Это вещь, подаренная от всей души, и не приведи Одар мне когда-нибудь услышать, что кто-то ее у тебя отобрал – особенно если это будут те сволочи в красных пижамах!

Он смачно сплюнул прямо под ноги Анневу, но тот на сей раз даже не поморщился.

– Спасибо, – повторил Аннев, с сожалением осознавая, что фениксу придется веки вечные пылиться в часовне вместе с Милостью. – Для меня это бесценный подарок. Как и наша дружба. Пусть везде тебе сопутствует удача – пойдешь ли ты в Хентингсфорт, в Порт-Каэр или куда-то еще.

– Так и будет! – сказал Крэг, ныряя под перекладину. – И в первом же городе я куплю себе мула. Я, в конце концов, не железный, да и Сениф мне здорово не хватает. – Он вздохнул и похлопал Аннева по спине. – Спасибо, Айнневог. И помни: если дорога тебе не по нраву, всегда можно отыскать другую. На это лишь нужно мужество.

Аннев кивнул. Крэг уперся в перекладину и пошагал по залитому звездным светом тракту. Аннев, перекинув фонарь через плечо, смотрел ему вслед.

Когда тележка растворилась во тьме, Аннев, вместо того чтобы возвращаться в лес, побежал по дороге в противоположную сторону. Справа от него чернела дремлющая Чаща, слева высились, словно гигантские башни, сосны Возгара. Но Аннев глядел лишь вперед, зная, что рано или поздно встретит знакомые тропинки, которые приведут его домой.

Как только его нога ступит в Шаенбалу, прежняя жизнь снова заявит на него свои права. Но сейчас он свободен. Сейчас есть лишь он, дорога и звезды.

Аннев улыбнулся и помчался еще быстрее.

И низвергся Кеос на землю. Поднял он глаза на брата, что поразил его, и на сестру, стоявшую рядом, и простер к небу изувеченную руку, умоляя сестру о помощи. Но Люмея устыдилась и поспешила прочь.

И это ранило Кеоса гораздо сильнее, чем удар мечом, нанесенный старшим братом, которого он прежде любил. И когда увидел Кеос, что сестра, нежно любимая им до сих пор, отреклась от него, то проклял их обоих и детей их и дал зарок пойти войной на даритов и илюмитов. Проклял он и свои дары, посох и флейту. И столь сильно было проклятие поверженного бога, что, посмей Люмея или Одар прикоснуться отныне к его дарам, тотчас вспыхнули бы пламенем. А дети их, посмевшие коснуться даров, умерли бы на месте.

Но не на всех пало проклятие Кеоса, и малая горстка служителей Одара и Люмеи по-прежнему могла владеть посохом и флейтой. И служители эти прозывались далта, божьи дети, и были они высоко почитаемы в народе и наделены великими знаниями и силой.

Укрылся Кеос в самых глубоких пещерах под землей и долго не находил утешения. Там, окруженный одними лишь големами, выковал он себе из чистого золота новую руку, еще лучше прежней, и вложил в нее всю свою мощь и злобу.

Ибо поклялся Кеос мстить брату и сестре, и подобно тому, как Одар жаждал уничтожить детей Кеоса, бог-кузнец жаждал извести служителей Одара и Люмеи.

И в то время, пока Кеос без устали ковал новую руку, из осколков его поверженной длани возникли новые боги. И были то Шелгаир Охотник – бог зверей, Гарадаир Садовник – бог растений, Круитхар Создатель – бог минералов, Дорхнок Обманщик – бог теней, Тахаран Перевертыш – бог случайности.

И пять новых племен вышло из сокрушенной длани Кеоса: драконы, нимфы, великаны, эйдолоны и фэйри. И множество прочих волшебных созданий без роду и племени, имя коим было кеокум, ибо Кеос породил их, но не являлся их отцом. Так произошло, когда Одар сокрушил длань Кеоса.

И от смерти Маяхлая до Сокрушения длани Кеоса длился второй век, называемый Веком королей, и продолжалось это тысячу лет.

Сокрушение длани Кеоса. Из Книги Терры, найденной в руинах Спеур Дун. Перевел Содар Вейр

Когда пробудились новые боги, начался третий век. Но не увидели они своего отца, ибо Кеос бежал из Лукватры. Поверженный бог оставил детей своих, желая набраться сил, чтобы вновь предстать пред миром во всем своем ужасающем величии.

Новых богов было пятеро, ибо вышли они из сокрушенной длани Кеоса, и каждый из них обладал частью его силы. И когда они пробудились, мир был погружен в безумие и кровь лилась рекою, ибо терранцы, покинутые отцом своим, пошли войной друг на друга. И сжалились новые боги над детьми Кеоса, и взяли их под свою защиту. И вскоре случилось так, что многие терранцы стали им поклоняться, и боги познали т’расанг и овладели им.

И хотя многие из терранцев стали восхвалять новых богов, их оказалось меньше, чем тех, кто остался верен Кеосу. Служители поверженного бога ждали его возвращения, ибо верили, что он наградит их за верность и возвысит их, и станут они владыками крови. Так оно и случилось.

Однако неверных ждала расплата. Увидел Кеос деяния новых богов и пришел к ним, требуя, чтобы подчинились они его воле и отдали ему его служителей. Но не послушались боги, ибо были столь же горды и надменны, сколь и отец их. И сказали они, что не может бог-калека властвовать над всеми, и, насмехаясь над ним, показали ему храм Тахарана, что был воздвигнут в Тор-Куме на месте великой кузницы.

Но на сей раз Кеос не впал в ярость, ибо в уединении ум его стал острее и коварнее. Возвратился он в Даогорт и высек в недрах его необъятные покои, куда созвал всех кеокумов, а следом драконов, нимф, великанов, эйдолонов и фэйри – все народы, что вышли из его сокрушенной длани. И спросил он их: желают ли они его покровительства?