Я молча кивнул, опустив глаза. Сука, дай мне только до тебя добраться, я тебе безо всякой магии черепушку вскрою.

Катьку рывком поставили на ноги. Она вся дрожала и плакала, но двое бандюганов не обратили на это никакого внимания, сорвав с нее блузку и лифчик, не дав прикрыться. Я понимал, что дергаться бесполезно, но Лешка попробовал – резко рванулся, сбив одного из державших его шестерок и бросился на того, кто держал «рубашку». Его просто сбили с ног, повалили на пол и отработали ногами до состояния отбивной.

– Хватит! – выкрикнул я. – Прекратите! Я все сделаю, что вам еще надо!

Рыжий подал знак, и Леху оставили в покое, так и бросив лежать.

Двое натянули на Екатерину свой инвентарь. Застегнули крепления и подключили провода.

Затем один из державших меня сзади - медленно расщелкнул наручники, убрал их. Снял мешок с моей правой руки и опасливо отошел подальше. Братец Никеаса последовал его примеру, отодвинулся подальше встав возле колонны, чтобы в случае чего использовать ее как преграду.

– Показывай, - потребовал он.

Я сглотнул, и окинул присутствующих взглядом.

– Нужен доброволец, - прохрипел я, так как во тру пересохло.

Стало неожиданно тихо. Рыжий бандюган задумался на секунду.

– Хочешь выжечь мозги моим людям? Нет уж. Твой друг вполне подойдет в качестве подопытного. Если как ты говоришь – эффект временный, то ему ничего не угрожает, верно?

Леха непонимающе посмотрел на бандита, потом на меня. Я осторожно приблизился к лежачему на земле другу, присел рядом.

– Прости. Не бойся, тебе ничего не грозит, даю слово. Ты мне веришь?

Лешка легонько кивнул и зажмурился. Я коснулся его лба указательным пальцем.

– Веритас абсконди, люкс таше… - прошептал я, и он потерял сознание, закатив глаза.

Выглянув из-за столба, главарь спросил громко:

– Ты собираешься показывать? Или попросим твою подружку сплясать нам?

– Так все! – я повысил голос, поднимаясь. – Проверь! Он в отключке!

Рыжий сделал знак рукой, и мою собственную конечность опять завернули за спину, пока тот приближался к Алексею. Нагнулся, пригляделся. Пнул его под ребра.

– Притворяешься? Ну-ну!

Достал нож-бабочку, обнажил лезвие и медленно начал опускать к глазу Алексей.

Катька пискнула в ужасе и закрыла лицо руками, а я смотрел спокойно, сжав челюсть до зубного скрежета.

Тот осторожно потыкал острием ножа веко Лехи, приподнял его, посветил фонариком.

– И правда отрубился… - удивленно выдохнул он. – Занятно… И чем ты его? Как это работает?

Я сглотнул. Вот что сказать? Правду? Меня сочтут за психа. Или хуже того, решат, что я опять ерзничаю, и тогда Катьке хана. Соврать? Что именно настолько правдоподобное, во что они поверят, спрашивается?

– Я…

Но мое несформированное признание так и осталось несказанным: резкие звуки газующих мотоциклов и выкрики людей откуда-то сзади, со стороны въезда – прервали допрос и прессинг.

Похитители разом посерьезнели, похватали оружие и попрятались за колоннами, Катьку и Леху оттащили в угол, а меня буквально воткнули мордой в пол, и грузный мордоворот придавил сверху ногой, лишив возможности даже пикнуть, не то чтобы пошевелиться.

– Берите сучку, котлетку и этого шныря – и к другому выходу, - скомандовал рыжий, передергивая затвор пистолета. – Хотя стоп… Отставить!

С противоположной стороны послышались незнакомые голоса, а следом грянула очередь автоматического оружия. С потолка в туннеле посыпалась штукатурка.

– Вот же… мы окружены, - выругался главарь. – Нас зажали в этой трубе как крыс… Цикада, кто там, снаружи? Чьи люди? Опознать сможешь?

Один из бандюков осторожно сунулся в проход, какое то время шуршал там, потом раздался звук выстрелов, и Цикада с вскриком боли выкатился назад, привалившись к стене, а его левая рука была окровавлена и поджата.

– Наемники, босс. Толи «Черепа», толи «Костяки»… нашивка с кабаньим черепом на кожанках. – прохрипел тот, шипя и морщась от боли. – Много, человек шесть или восемь. Вооружены…

Я обессилено положил голову на землю и прикрыл глаза. Только этого не хватало – попасть посреди бандитской разборки.

– Эй ты, - позвал меня рыжий бандит, пихнув в бок. – Сможешь их вырубить так же? – он кивнул на Леху, все еще лежащего с открытым одним глазом.

– Только по одному, с небольшого расстояния и в прямой видимости, - покачал головой я.