Тебя поел огнем пожара

Небес незыблемый закон!

Над сирых лар твоих жилищем

Парят глухие божества, —

Во дни побед и торжества

Уже ты зрелся мне кладбищем!

Уже давно в ночи немой

Слыхала я, о Гекатея!

Над Троею надгробный вой;

Ступлю и вижу, цепенея,

Везде призраки, бледный рой,

Из ада высланный тобой!

Гляжу — трезубец Посейдона

Отцов моих святую твердь

Подъемлет из земного лона,

Текут Паллада и Юнона,

За ними бешенство и смерть

Врата Пергама разверзают,

Трясут Троянские столпы,

В горящий город выгоняют

Данаев дикие толпы!

Гремели песни, смех и игры

В родимых храмах и домах,

А я, я зрела: псы и тигры

Сошлись на трепетных телах.

Но день и ночь мечты и грезы

Напрасно мучили мой дух:

Кровавые лила я слезы;

Но их не растворялся слух!

Я глас вещаний бесполезных

Напрасно в уши их несла,

Нет, никого из мне любезных,

Увы! спасти я не могла!

Почто ко мне пылал любовью

Злосчастный юноша, Хореб,

Он презрел приговор судеб

И заплатил своею кровью.

«Оставь Фригийские края! —

Как часто я его молила, —

Тебя не Троя породила,

Иди! не здесь твоя семья!»

Отверг герой мои молитвы.

Нам верный до последней битвы,

Он выждал наш смертельный час!

И се — беснуясь, ворвалась

Ахеян рать во град Приама;

Се за власы меня из храма

Повлек неистовый Аяс,[6] —

На умирающий мой глас

Бежит Хореб; он, исступленный,

Исторг, освободил меня;

Но вдруг я падаю, стеня,

И победитель их мгновенный,

На копья греков восхищенный,

Пронзенный в перси и хребет,

Летит и пал, вздохнул и нет!

Калхас О дева! страшен Феб ревнивый.

Никто без казни не горит

К его добыче несчастливой, —

Она под властью эвменид!

Кассандра Ты внял ли словам вдохновенным, Атрид?[7]

Приди, раздели мое ложе!

Приди; уже брачный твой светоч горит:

Он в Оркус дорогу твою озарит!

О боги, вы будете строже

К исполненным смерти Микенским стенам,

Чем зрел вас низринутый вами Пергам!

Чьи это воздвиглись согнившие кости?

Покрытый одеждою червей и змей,

Из гроба восстал нечестивый Атрей!

Вы были ему вожделенные гости,

Когда он отца поил кровью детей.

Эриннии, Айдеса дщери, проснитесь,

Проснитесь! в знакомый вам Аргос помчитесь!

Гимен! о Гимен! о бог Гименей!

Зажегся светильник смертельного брака,

Горит над бездонною пропастью мрака.

Гимен! о Гимен! о бог Гименей!

В Микены течет путешественник дальний,