— Господи помоги! — Она вопила, как насаженный на вилы грешник. — Ну же!

— Ничего, — Стэнтон попятился с горящим от стыда лицом, — ошибка вышла. Извините.

— Сэр. — И повивальная бабка захлопнула дверь прямо у него перед носом.

Стэнтон тяжело выдохнул, не обращая внимания на новый раздавшийся за спиной вопль. Можно не сомневаться, что уже к вечеру вся деревня будет судачить о его глупости. Еще один прокол в длинный список Барлинга. Он взглянул на дома дальше по улице и замер, борясь с искушением отправиться в конюшни Эдгара и провести остаток дня рядом со Сморчком, своим любимым коньком. Результат будет тот же, но Сморчок хотя бы не станет над ним потешаться. Впрочем, если Барлинг обнаружит его в конюшне, то переживать придется уже отнюдь не из-за насмешек.

Стэнтон расправил плечи и отправился к ближайшим дверям. Снова ничего. Перед его внутренним взором вновь замаячили Сморчок и конюшни.

Он подошел к последнему дому, стоящему поодаль от дороги на ухоженном пятачке по соседству с большим зданием без окон. Приближаясь к двери, Стэнтон услышал лязганье и мягкие удары, которые резко оборвались после его стука.

Дверь распахнулась. На пороге стояла женщина приблизительно того же возраста, что и повивальная бабка. Мрачное осунувшееся лицо обрамлял тугой чепец, из-под которого не выглядывало ни волоска.

— Спаси вас Бог. — Ее голос соответствовал внешности.

— Доброго вам утра, госпожа. — Стэнтон изобразил улыбку, которая неизменно заставляла вспыхивать щеки женщин постарше.

Но только не этой.

— И вам. — Ее лицо не дрогнуло.

Позади нее мужчина тех же лет согнулся над натянутым на ткацком станке полотнищем.

— Кто там, Маргарет?

Его руки продолжили свое размеренное движение, и станок вновь принялся мягко постукивать, подтягивая ткань.

Стэнтон повысил голос:

— Хьюго Стэнтон. Королевский слуга.

— И чем же мы можем помочь королевскому слуге? — Мужчина даже не прервал своей работы.

Сложенные на груди руки его жены тоже никак не свидетельствовали о желании помочь.

— Я хотел бы задать вам несколько вопросов, — сказал Стэнтон, — об убийстве Джеффри Смита. — Он постарался произнести это как можно увереннее. — И мне нужно знать ваши имена.

Стук станка смолк.

— Питер Вэбб, сэр. — Ткач поднялся со стула и потянулся, расправляя узкие плечи, а потом обменялся взглядом с женой.

Ее сложенные на груди руки еще плотнее прижались друг к другу, губы — тоже. Вэбб подошел к жене. Его неприветливый взгляд был зеркальным отражением взгляда женщины.

— Это Маргарет, жена моя. — Никто из них даже не подумал пригласить Стэнтона переступить порог. — Коли у вас есть вопросы, мы на них ответим.

— Вы видели что-нибудь в ночь убийства Джеффри Смита?

Оба одновременно покачали головами.

— Сэр Реджинальд о том же спрашивал, — сказал Питер, — да не раз. Вам мы то же ответим, что и ему, сэр. Ничего мы не видели.

— Совсем ничего?

— Это поздней ночью было, — сказал Вэбб, — а мы за работу с зарей принялись, как всегда. Сперва Агнес Смит голосить принялась.

— Только по-другому вопила, не как обычно, — фыркнула Маргарет.

— То есть не так, как вчера, когда требовала повесить Линдли? — спросил Стэнтон.

— Нет, обычно она вопит, когда со своим нынешним милуется, — Маргарет передернуло, — хуже кошачьей свадьбы.

— Ясно, — кивнул Стэнтон, хотя особой ясности-то тут и не было — неужто тучный Тикер в состоянии довести свою невесту до криков экстаза?

Вэбб угрюмо кивнул:

— Развязная девка, блудливая. Ей бы поумерить аппетиты — да куда там. Джеффри мне на нее частенько жаловался.

Стэнтон промолчал. Линдли говорил ему, что слышал, как Агнес спорила с отцом. Не врал, видать.

— Царствие небесное душе бедного Джеффри, — сказала Маргарет.

Питер опять кивнул:

— Я побежал помогать, когда шум поднялся. В кузнице, скажу я вам, картина была страшная. — Его серые глаза встретили взгляд Стэнтона. — Увидь вы то же, что и я, вздернули бы Линдли без лишних раздумий. Уж поверьте.

Стэнтон не мог и не хотел представлять себе то, о чем говорил ткач. И без изуродованного тела Смита место убийства выглядело достаточно страшно — с ним же картина наверняка была попросту ужасной.

— Маргарет! — раздался окрик с улицы.

Стэнтон оглянулся. Это оказалась та самая повивальная бабка. Она была заметно взволнована.

— Ребенок повернулся, кажись. Можешь мне помочь?

— Можно, Питер? — спросила Маргарет мужа.

— Мы вам больше не нужны? — спросил Вэбб.