Парень наконец решился и вскоре нагнал меня.

– Надеюсь ты заешь, что делаешь.

Я не стал ничего отвечать, но в душе молился всем богам, как тёмным, так и светлым. Долго это делать не пришлось, тоннель начал уходить вниз под очень крутым углом и не успев остановиться мы кубарем покатились в низ, пока под нами не разверзлась бездна.

Я поздно заметил горловину провала и с ходу нырнул в него, следом полетел и копейщик.

***

Подземье - царство вечной тьмы и постоянных температур. Здесь водятся твари настолько ужасные, что у самых бывалых воинов кровь застынет в жилах.

Этот провал вёл в большую пещеру на дне которого было озеро. Его гадкая черная поверхность могла оставаться неподвижной десятки лет.

Вода в нём была тёплой, но как бы ни было приятно свалиться в него после холодного ветра поверхности, нужно было выбираться. Ведь в его глубинах мы могли всплеском потревожить то, с чем лучше не сталкиваться.

До берега было недалеко, только вот мой товарищ не мог видеть ничего. Глаза людей к темноте не приспособлены.

Парень держался на плаву, но запаниковал оказавшись во тьме и звал меня. Ничего другого не оставалось, мне еле удалось вытащить его на берег и нас при этом ничего не съело – повезло.

Парень судорожно начал шарить вокруг что-то ища.

– Тише.

Я помог ему встать и взяв за запястье повел к дальней стене, испещрённой проходами. Там мне удалось отыскать пустую пещерку. Воткнув кинжал в камень я заставил его светиться. Он конечно не согревал как костёр, но нам сейчас этого было не нужно.

– Ты как? В порядке?

– Да… - Он рассеянно осмотрел себя. – Где мы?

– В Подземье.

От этих слов его перекосило.

– Ты умрёшь быстрее если будешь бояться.

– А ты разве не боишься?

– Нет. – Я снял мокрые сапоги. – С чего бы?

– С чего? – Удивился он. – Это же вотчина тёмных эльфов.

– Здесь обитают твари и по страшнее них. Впрочем, на поверхности тоже.

Камни здесь тоже были тёплыми, как и вода. Возможно под нами был какой-то горячий источник или лавовый карман. Но сушиться можно было и без костра.

– Тебя как звать то?

– Земирас… - Он выкрутил рубаху. – А ты?

– Арион. Будем знакомы.

Наши вещи были разложении на сушку.

– Скажи мне Земирас – от чего тебя так невзлюбили согильдийцы.

Это оказался довольно щекотливый вопрос для парня и он как-то сразу приуныл.

– Ладно. Не бери в голову. – Я лёг на камни.

– Я третий сын графа Олмара. – Как-то безрадостно ответил он.

– И что? – Его ответ был для меня бесполезен.

– Как что? – Он удивился. – Ты и в правду не понимаешь?

– Нет.

Он распустил волосы и немного их взъерошил.

– Они считают, что для меня их работа просто развлечение и высокородные просто издеваются над ними вступая в гильдии.

– А зачем ты вступил?

Он замолчал. Настаивать на ответе я не стал. Прикрыл глаза.

– А зачем ты помог мне тогда? И теперь тоже?

Я задумался. Какого-то конкретного ответа у меня не было.

– Что бы ты у меня в должниках был. – Придумал самую правдоподобную причину.

– Так ты рисковал жизнью только ради денег? – Он явно разочаровался.

– И как ты пришёл к такому выводу? – Теперь разочаровываться пришла моя очередь.

– А что ещё наемнику могло понадобиться от знатного человека.

– Да… Мыслишь ты узко.

Я отвернулся к стене крывшись почти сухим плащом.

Ритмичный звук ударов вдалеке разбуди меня. Рядом, тихо посапывая, лежал Земирас.

Я похлопал его по плечу, чтоб разбудить. Сон отпускал его неохотно, но он всё же встал.

– Нам пора.

– Ты знаешь, как отсюда выбраться? – Он натянул рубашку.

– Что-то вроде.

Взяв его за запястье я представил разрушенную переправу. Сильная боль сковало голову так, что я чуть сознание не потерял.

– Что с тобой?

Земирас поддержал меня не давая упасть.

– Ничего…

Давненько у меня не было такой головной боли. Только вот почему так случилось? Я же всего-то хотел перенести нас? Мысли прояснились. Только один колдун на всём свете, помимо меня, мог пользоваться такой магией. Возможно он умеет её отслеживать и я, только что, выдал своё местоположение.

Перенести нас я не мог. Оставалось надеяться на то, что звуки вдалеке издавали искатели сокровищ – свифнеблины, а не дуэргары. Или что ещё хуже – мои сородичи.