– На самом деле нет ничего проще и ты, опять-таки сам знаешь ответ. У тебя в памяти он звучит как: «Бог создал людей сильными и слабыми. Сэмюэл Кольт сделал их равными».

Наверное, с половину минуты я стоял и хмурил несуществующие брови, пока меня не осенило.

– Дар. Ему без разницы: мужчина им оперирует или женщина. Перед ним все равны. Но как это поможет в моей ситуации? Это же может быть просто исключением, подтверждающим правило.

– Я готов привести тебе несколько десятков примеров подобных исключений. И все они будут подтверждать правило? Нет, они будут его подтачивать. И подточат, но если я так сделаю, твоя дверь от этого не откроется. Можно подтолкнуть человека в нужном направлении, но это – дорога без попутчиков: идти придется одному.

Делать было нечего. Все уже сказано и нужно действовать.

– Это чужая темница в чужом мире. Даю самому себе слово, что не покину этот враждебный мне мир до тех пор, пока не исправлю то прегрешение, за которое попал в эту темницу! – отрешившись от внешних факторв и закрыв глаза, сказал я хоть и вслух, но исключительно самому себе.

– Неплохо, - одобрил Эд, - если ты человек слова, и, действительно, хочешь уйти из моего мира, то дверь должна отвориться и оставаться в этом положении до момента твоего выхода. Так что, если видишь зазор, не торопись – она уже не закроется.

Да, я действительно хочу. Хочу, чтобы эта партия оказалась последней, чтобы в ней победила та часть Стража, на стороне которой играю я. Хочу, чтобы это тело обрело своего изначального владельца. Хочу свести на нет все то нехорошее, что я вольно или невольно сделал. А потом хочу уйти отсюда. Вернуться домой или посмотреть другие миры – еще не решил. Возможно, что решать и не мне, но я уж поборюсь за то, чтобы больше меня втемную никто не использовал.

Что ж, мои глаза открыты, а дверь – распахнута настежь. Вот только за ней видны лишь клубы ни то дыма, ни то пара.

– Что за дверью? – спрашиваю у Эда.

– Дымка рассеется, как только ты решишь, куда тебе первым делом нужно попасть, чтобы начать воплощать в жизнь данные себе обещания. При условии, что ты знаешь, куда именно тебе нужно.

– Конечно, я знаю. Мне уже давно пора перестать болтаться по миру, как отходы жизнедеятельности в проруби, а идти и расчищать себе путь, закрывая по пути все гештальты! Причем не только свои, но и моих квартирантов. Решено. Эд, мне нужно в джунгли!

– Тогда всмотрись в пейзаж за дверью и скажи, что ты там видишь.

– Скалу у моря. Но это не то побережье, что находится у джунглей. Я снова ничего не понимаю, и меня это уже порядком злит…

– Ладно! Дверь ты с горем пополам открыл, а дальше я тебя проинструктирую. Ты видишь скалу входа. Помнишь, один из разговоров с шаманом про старые знания и кровь? Киваешь, значит, помнишь. Так вот, эти знания я тебе, считай, передал. С жидкостями будет чуточку сложнее.

«Камень выхода, перестал работать сразу после войны. Некому больше из него выходить. Не осталось знаний, нет той крови в людях, чтобы он снова выполнял свою функцию» - слов в слово вспоминаю фразу шамана и понимаю, наконец, о чем идет речь.

– А твоя, случайно, не подойдет?! – не без деловитой кровожадности уточняю я у Эда.

– А кто ж, по-твоему, кроме Белых обладал серьезным запасом знаний и мог, благодаря этому, пользовался стационарными порталами, не тратя уйму энергии? Конечно, я!

– Так нет же ничего проще! Сейчас я тебя стукну: аккуратно, но до крови. Соберу в ладошку необходимое для активации портала количество крови, и дело в шляпе!

– В шляпе у него дело! – передразнил меня явно чем-то слегка расстроенный старик. – Самому даже срам прикрыть нечем, а он уже про шляпы думает! Не получится так, как ты предлагаешь. Кровь должна быть как бы живой.

– Тогда не тяни резину, а предлагай сам, я приму твое предложение и уже спокойно пойду освобождать Таашу, тебя, себя – всех!

Старик кивнул каким-то своим невеселым мыслям, вздохнул так, словно только что принял одно из самых сложных решений своей жизни.

– Ладно, дурень ты эдакий, помогу я тебе еще и тут. И не только потому, что надеюсь, будто ты вытащишь меня отсюда. Нравишься ты мне. Всегда я слабость питал к здоровякам, убогим разумом…

– Сейчас стукну, не думая! – прервал я излияния старика, изображая ярость на лице

Понятно было, что Эд пытается просто наговориться напоследок, но всему же есть предел!

– Конечно, как обе жизни жил, так и стукнешь! Все-все. – как бы сдаваясь, поднял вверху руки старик.
– Подожди немного. Сейчас тебе свой последний подарок сделаю. Ты, пока я буду готовиться, поройся в своей обогатившейся памяти и подыщи заклинание, чтобы ворона своего к этой скале призвать поскорее. Чувствую, пригодится он тебе еще. В твоем случае даже такая вторая голова лучше, чем одна твоя.