Такой растерянной я Четвертую еще не видел.

– Уважаемый, - вальяжно обратился я к банковскому работнику, - не моли бы мы с моей очаровательной спутницей втайне от окружающих обсудить здесь кое-какие коммерческие вопросы?

– Конечно же! – буквально засветился от счастья мой подлиза. – В Ваш годовой тариф входит подобная услуга. Я бы рекомендовал вам вот такой артефакт!

Клерк извлек из-за пазухи цепочку, на которой висело небольшое деревянное кольцо, и объяснил, что на сегодняшний день это один из лучших магических предметов, обеспечивающих полную звуковую непроницаемость пространства, занимающего половину комнаты, в которой мы втроем находились.

По его плохо скрываемому алчному блеску в глазах я понял, что мне пытаются втюхать некондицию, которую, скорее всего, уже списали, но вопрос был не такой уж и секретный – я больше надувал щеки, чем действительно беспокоился о конфиденциальности беседы.

– Хорошо, милейший, давай сюда эту безделушку, а сам, будь добр, подготовь быстренько отчетную документацию по моим делам. А то я на слух плохо цифры воспринимаю.

Служащий попытался объяснить мне принцип действия амулета, но я, скривившись, словно от легкой, но надоедливой зубной боли, отогнал его не терпящим возражений жестом.

– Слушай сюда и не задавай вопросов, - тихо и быстро заговорил я, когда мы с девушкой остались наедине, - память ко мне вернулась, но не полностью. Тут помню, а тут не помню. Собственно, о своих финансовых делах я не помню ровным счетом ничего. Как много денег ты должна получить?

Она назвала сумму, которая не сказала мне ровным счетом ничего, потому что в этом мире я ни разу толком не являлся участником товарно-денежных отношений. Но еще больше признаваться в своем неведении я не собирался. Поэтому важно кивнул и предложил Четвертой вместе ознакомиться с состоянием моих капиталов.

Когда клерк подал нам бумаги, в которых я не понимал ни цифр, ни букв, я просто передал те Четвертой, внимательно следя за ее реакцией.

Да, я бы поиграл с ней в покер на раздевание – девчонка совершенно не умеет скрывать эмоций!

Бродяга явно был сказочно богат.

– Ты случайно не казначей клана? – улыбаясь, спросила Четвертая.

Было видно, что у нее просто гора с плеч свалилась.

– Я просто обычно мало трачу на одежду.

Клерк хихикнул чуть громче, чем того от него требовала профессиональная вежливость – оценил шутку.

– Будьте добры напомнить мне правила снятия со счета более или менее значительных сумм, - обратился я к ценителю хорошего юмора.

Из ответной скороговорки стало известно: мелочь могут отсыпать без всяких условий, что-то значительное по дополнительной идентификации, что уже была мною пройдена на входе. Совсем неподъемный груз помимо предыдущего условия требовал еще кодового слова и небольшого кровопускания.

Необходимость произнесения пароля меня позабавила, но потом я решил, что, скорее всего, это заклинание-активация, позволяющая получить доступ к основной ячейке в хранилище.

Быстрый взгляд на Четвертую. Та показывает два пальца. Что ж тем лучше.

Конечно, есть небольшой моральный аспект: все-таки это не мои деньги, но я почти уверен, что ворону они ни к чему, да и в принципе Бродяга был бы не против моих не слишком скромных растрат.

– Чуть не забыл! – потешно всплеснул руками мой преданный до гробовой доски клерк. – У меня же для Вас чудесная новость! Управляющий Вашего совместного игрового бизнеса Канон ежемесячно пополняет именной счет господина Таллана на все более и более круглые суммы! Спешу поздравить Вас со столь удачным проектом!

С секунду я хмурил несуществующие брови, пока в голове не сложился пазл из картин не столь уж и далекого прошлого.

Ай да Пройдоха! Так вот за кого он тогда при получении патента ставил в банке на полуострове вторую подпись. За своего закадычного друга Бродягу, отсутствующего в тот момент в колонии-поселении. И тот местный клерк тогда еще одобрительно отреагировал на этот финт ушами: мол, правильно, что не кладете все яйца в одну корзину, кто-то из основателей должен находиться подальше, чтобы дело не перешло в другие руки в связи с трагической и преждевременной смертью всех былых хозяев.

Что ж! Вот и отпал моральный аспект. Тут же выяснилось, что и доли от моего местного детища – набирающего обороты игрового бизнеса, вполне достаточно для нужд Четвертой и Учителя.

Мешок действительно получился увесистый. Распоряжалась его заполнением моя спутница, поэтому золотые и серебряные (опять-таки, по ее настоянию) кругляшки ссыпались туда не просто так, а складывались в небольших бесчисленных мешочках, кошелях и даже небольших сумках.

Оказалось, что мешочки с золотом и серебром – для курсантов, кошели – для какой-то еще предстоящей нам на обратном пути торговли, а вот сумки с золотом были предназначены для взяток!