— Да нет, год, наверное, прошел, — возразил парень. — Может даже, два или три… я со счета сбился, — сознался он. — Когда по много дней ходишь, не видя дневного света, и засыпаешь, где придется и когда придется, теряешь счет времени. Я потерял.

Она молчала. Недоумение во взгляде никуда не делось, и Аргент решил продолжить.

— Эльза, ты, — он запнулся. — Госпожа, вы ведь помните, когда я ушел из дома? В смысле — почему. То есть, — он тряхнул головой. — Почему — вам, конечно, дела нет. И не было тогда. Но вы помните тот разговор, что был накануне?

Она раскрыла рот, желая что-то сказать, и замерла так, не произнеся ни звука. Муж ее тоже молчал. Видно, решил не вмешиваться в разговор.

— Ну да, — Аргент кивнул. — Я пошел именно туда. Решил доказать, что я не трус. И пошел.

— В ту… заброшенную казарму? — переспросила она шепотом.

— Ага. Я зашел. Светила луна… я там заблудился.

Она сглотнула. Во взгляде проступал ужас. Адвокат переместился так, чтобы видеть и лицо жены тоже. И теперь с любопытством переводил взгляд с нее на Аргента и обратно.

— Милая, сколько тебе было лет? — подал он голос.

— Пятнадцать, — еле слышно отозвалась она.

— И ты никогда не рассказывала о своем соседе, который пропал…

Аргент, не удержавшись, хохотнул. Смешок вышел невеселым.

— Я, — она виновато поглядела на мужа. — Я никогда и не вспоминала об этом. Ну да, он однажды исчез ночью. Дядюшка его очень ругался… что навоз в хлеву поздно утром оставался неубранным, коров не успели выгнать в стадо. Что племянник пропал внезапно, ни о чем не предупредив.

Ну, кто б в этом сомневался! Да и Эльза — ей-то чего вспоминать нищего сироту?

— Значит, ушел два с лишним десятка лет назад и не вернулся, — медленно проговорил адвокат. — А теперь вот появился… почти такой же молодой, как и в тот день, когда пропал. Ну, может, на годик-другой постарше, — он хмыкнул. — А ушел — сам в этом сознался — не куда-нибудь, а по своей воле зашел в заброшенное строение, пользующееся дурной славой. И вновь возник далеко от Гельвеции, по другую сторону Рубикона. Здесь, в столице Манора. Я верно все перечислил?

— Точно так, господин, — Аргент покивал.

— Так ты, говоришь, не знаешь, в чем тебя обвиняют?

— Мне ничего не говорили, — робко откликнулся парень. — Но… я ничего не крал! Как и почему оказался здесь — не понимаю. Я бродил по лабиринтам. Долго очень. Там было много всего, — взгляд его сделался задумчивым. — А когда оказался на улице и понял, что это — какой-то чужой город… я пошел вперед. Вышел к ярмарке. Попил воды там, где коней поят. Помог нескольким торговцам, и за это мне немного монет дали, я поесть смог. Думал — найти ночлежку, переночевать.

— Нет, тебя обвиняют не в краже, — мягко прервал адвокат. — Дело в заработке. Кое-кто считает, что ты мог оказать влияние на разум. И заставить колдовским способом дать тебе монету за твои услуги.

— Неправда! — возмутился Аргент. — Да если бы я был колдуном — стал бы я бродить целый день голодным по базару! Да я бы… ну, не знаю, — замялся он. — Кошелек бы у какого-нибудь богача вытащил, — он неловко пожал плечами. — И одежду бы забрал. Или, — он задумался. — Или в чей-нибудь дом пришел бы и внушил — мол, я здесь живу! — он выдохнул, примолк. — И не все мне платили, — прибавил он тише спустя полминуты.

— Аргент Фок, которого я помню, слыл честным парнем, — заметила Эльза.

— Есть ли у человека способности чародея — легко проверить, — адвокат пожал плечами. — Я тоже думаю, что тот возница просто пожадничал.

Возница! Тот самый, что обругал его у колодца. Ясно теперь.

Аргент вздохнул. Не то, чтобы выходка кучера особенно досадила ему. Он никуда не торопился, у него вовсе не было цели в этом городе. Как и где-либо еще. Но становилось ясно, чего к нему прицепились стражники.

А еще… на родине, в Гельвеции, он слыхал — колдунов уважали. Хоть и не всех. А как с этим обстоит здесь, в неведомой земле? А ну, как повесят без разбирательства! Хотя адвокат же сказал — легко проверить. Значит, проверят? Наверное.

— А теперь расскажи, — адвокат упер в арестанта тяжелый взгляд. — Как ты попал в Ковентри? Что ты говорил про лабиринты? Учти — об этом тебя будет спрашивать дознаватель. Придется рассказать.

Аргент понурился. В словах ему почудилась угроза.

— Я, господин, — он запнулся. — Если бы я знал толком, — прибавил совсем тихо.