Ясна никак не могла принять факт собственноручного отнятия жизни у другого существа, ведь как можно распоряжаться его судьбой и решать, в какой момент перерезать её нить? Всеока объяснила молодой жрице, что властители тёмного мира – боги мрака и смерти требуют не обычные подношения, какими люди задабривали их братьев и сестёр из Прави – пшеницу, ягоды, яблоки, шишки, цветы и прочие дары природы. В жертву богам мира Нави приносят лишь малую часть домашнего скота – кролика, барана. Жрица успокаивала Ясну, что этих животных люди всё равно бы употребили в пищу, отняли их жизнь рано или поздно, чтобы выжить самим. Ведь кошки едят мышей, волки, рыси и лисы белок, из-за того, что они хищники, это их способ питания. Люди же сами выращивают себе еду – от пшеницы до мясных животных. И пожертвовать два раза в год парой из них, тоже самое, что отдать и часть урожая.

Когда Ясна поняла это, ей стало легче, но привыкала она к тёмной части жречества долго. В остальном всё у девочки ладилось. Магическая сила природы была повсюду, нужно лишь научиться её распознавать и приспосабливать к целительству, кухарству, шитью, ткачеству и другим ремёслам. Конечно, особое место в жреческой практике отводилось ясновидению. Ясну в детстве нередко посещали вещие сны, но до видения будущего ей было ещё далеко. Дар развивался у ученицы постепенно, вскоре ей стали доступны короткие предвестие грядущего, эти знаки посылала ей богиня Морена, в её власти находились ясновидческие способности жрецов, им нужно было научиться распознавать послания, и Ясне с каждым разом всё лучше это удавалось. Если раньше из бесчисленных туманных образов трудно было сложить единую картину происходящего в будущем, то со временем девочка уже легко определяла действующих лиц видения и временной промежуток, затрагиваемый им. Так и училась Ясна у Всеоки, пока та не решила её сделать полноправной своей преемницей. Девушке минуло восемнадцать.

Глава 4

На дворе стоял необычайно знойный май. Солнечный диск беспрепятственно бродил по горизонту целый день, не встречая на своём пути ни единого облачка, казалось, что давно наступило лето. Наконец, закат скрыл с людских глаз великое светило, и опустилась на Ведолес весенняя тёплая ночь, из-за горизонта восстала полная золотистая луна.

– Ты уверена в своём выборе? Сделанного не воротишь, а ритуал нерушим, встав на этот путь сегодня, ты никогда уже не сойдёшь с него. И в следующих жизнях твоё предназначение найдёт тебя, – строго проговорила Всеока, дошивая узор на головной повязке будущей жрицы.

Ясна же в то время переодевалась в ритуальное платье. Оно было почти таким же, как обычное женское одеяние того времени – длинная льняная рубаха, на вороте, подоле и рукавах которой располагались вышитые красными шерстяными нитками защитные и обережные символы. Только вот жреческое платье дополняли и чёрные узоры, чтобы на одежде присутствовало три цвета всех славянских миров: белый – Правь, красный – Явь, чёрный – Навь. Рукава девушка также не заколола с помощью браслетов, как обычно делали прочие обыватели Ведолеса, Ясна позволила ткани доставать пола. В добавок, она не надела поверх рубахи юбку и фартук, которые обыкновенно также расшивались символами, но пояс девушка завязала, образовав круг на своём теле – защиту от нечистой силы.

– Я уверена, – с металлической твёрдостью в голосе ответила ученица. – Не просто так дан мне дар, что открывает дорогу к знаниям, не всем доступным. Моя судьба – служить богам, передавать людям их волю, охранять мир, созданный природою для нас. Этот путь предназначен мне, и противиться я ему не стану, – разгладив платье руками, девушка повернулась к старшей жрице. – Я готова.

Всеока кивнула, взяла в руки вышитую ею повязку и направилась к двери. Ученица последовала за ней, прихватив огниво и трут. Ведающие направились к реке, что текла прямо за окном жреческой избы. Луна уже поднялась на вершину небосклона, её лик отражался в чёрной воде, поддернутой рябью от течения, освещая ветви растущих по краю берега берёз. Между двумя белокорыми красавицами прошли Всеока и Ясна. Девушка развязала пояс, брови его к берёзовому стволу, туда же старшая жрица положила повязку. Обменявшись взглядами, наставница и ученица кивнули друг другу и начали обряд.

Раскинув руки и обратив свой взор к пестреющему белыми огоньками тёмного небу, Всеока воскликнула.

– Великие славянские боги! Примите под своё крыло новую жрицу, ученицу мою Ясну, дочь Велислава и Живы. Обучилась она всему необходимому и готова стать посланницей вашей воли в наш земной мир! Примите новую жрицу Ведолеса Ясну!

Звучный голос наставницы, подобный песни сурового зимнего ветра, заполнил всё пространство вокруг. Услышали его заливные луга, шумные леса да высокие холмы.

Ясна вышла вперёд. Опустившись на колени, приложила ладони к земле, покрытой мягкой травой.

– Прими меня, земля! – тише, чем Всеока, звонко, как трель весенней птицы в лесу, но мягко, словно спускающиеся с крыши капли дождевой воды, произнесла девушка.

Поднявшись, она зажгла две земляные свечи 6 на берегу, те образовали огненные ворота, символизирующие вход в новую, другую жизнь.

– Прими меня, огонь!

Ясна прошла через свечи к реке, но остановилась у её края, подняв руки к небу.

– Прими меня, воздух!

Распущенные пшеничные локоны тронул лёгкий, но ощутимый порыв ветра. Девушка зашла в воду, погрузившись в неё по грудь.

– Прими меня, вода! – она положила ладони на речную гладь. Подняла глаза на лик полной луны.

– Примите меня, великие славянские боги! Истинно верую в вашу силу и мощь, буду я служить вам. Добровольно отказываюсь от благ семейной жизни, роли жены и матери. Отныне мой путь определён, душа навеки в вашем услужении, – закрыв глаза и сделав глубокий вдох, Ясна погрузилась в воду. Прохладная река сомкнула свои объятия над головой девушки. Постепенно перед её глазами потемнело, сознание