Шрифт:
Амбар. Тот же амбар, но тусклее.
И позади нас — уже не поле пшеницы с ураганными ветрами.
Те нагие, костер, нутро здания амбара — все на прежнем месте.
А на том конце дубля-амбара — стоим мы.
Я, Мага, Даг… Все мы. И уверен, за ними — бесконечность таких же культистов, костров и наших кривых отражений.
А вот впереди, двигаясь дальше, в самых глубинах — виднеются вовсе иные фигуры. Уже не нагие. В черных капюшонах, стоящие в очередном зловещем кругу у костра. У этих лица полностью скрыты под масками ужаса, а из глубин амбара все также доносится шепот. Шепот, словно проклятья демонов. Шепот стенания духов. Шепот манящий. Шепот влекущий. Шепот, холодящий кровь в жилах и иссушающий все живое.
Все, кто не мы — исчезнуть должны.
Чужие пойдут на органы.
Жертву принесут.
Один из капюшонов указал на нас, и мы опять, как по команде, медленно двинулись к центру круга из громкого шепота. Ловушка. Западня темных сил. Темных сил, что уже давно затаились в этих стенах.
Все, кто не мы — исчезнуть должны.
Чужие пойдут на органы.
Жертву принесут.
Круг расступился, подпуская к костру.
Все, кто не мы — исчезнуть должны.
Чужие пойдут на органы.
Жертву принесут.
Круг сомкнулся за нами.
Все, кто не мы — исчезнуть должны.
Чужие пойдут на органы.
Жертву принесут.
Замкнутая сингулярность.
Повтор за повтором.
Огонь за огнем.
Все, кто не мы — исчезнуть должны.
Чужие пойдут на органы.
Жертву принесут.
Глава 9
Оргия в пустоши
Изменяются люди. Только лишь люди.
То одеты в одежды. То голые.
То вырывают сердца из плоти друг друга.
То перегрызают глотки, клыками впиваясь в щитовидные хрящи.
Дикими глазами провожают всех нас.
Каждый раз кто-то указывает пальцем.
Каждый раз мы заходим в костер.
И каждый раз — становится все жестче и жестче.
Культисты сплелись в вечной оргии.
В танце сумасшедшего экстаза,
Их крики сливаются с воплями ночи.
Вихрь страсти и безумия пленяет умы,
И сердца бьются в унисон, как одно.
Темные тайны раскрываются в пляске,
И души погружаются в бездну безумия.
Культисты сплелись в кольцо смерти и рождения,
Где время останавливается, а пространство искажается.
Таинственные символы освещены кострами,
Дневное светило сменилось ночным.
Луна светит своим холодным светом.
И в этом мире, где реальность смешивается с кошмарными снами,
Культисты танцуют свой древний танец.
Сквозь мрак и хаос они идут,
Поклоняясь темным богам своим.
Изменяются люди. Только лишь люди,
В этом вечном круговороте жизни и смерти.
В водовороте безумия тонем мы вновь,
Люди меняются, теряя облик свой.
Дикие души, объятые мраком и страстью,
Пляшут в экстазе, не зная усталости.
Культисты в танце сплетаются тесно,
Их крики сливаются с воплями ночи.
В вихре страсти и безумия тонут их мысли,
Сердца бьются в унисон, как одно.
Тайны темные раскрываются в пляске,
Души падают в бездну безумия.
Культисты в круге смерти и рождения,
Где время останавливается, пространство искажается.
И каждый раз, когда мы заходим в костер,
Становится все жестче и жестче.
Культисты указывают на нас пальцем,
Но мы уже не те, кем были раньше.
Мы изменились, стали другими,
Дикими и свободными, как звери.
Мы не боимся боли и смерти,
Мы — часть этого безумного вихря.
Танцуем вместе с ними, мы теперь тоже культисты ночи,
В этом танце страсти и безумия.