Когда платья заканчивается, приходит череда подруг. Я прислоняюсь к перегородке и с завистью наблюдаю за ними.

Но все снова оказывается не так просто. Если у меня не было никаких ожиданий, то у подруг был целый список требований к самому лучшему платью на первый в жизни бал. Джейн почти совершенно нерационально отказывается от нескольких действительно потрясающих нарядов.

— О, вы уже тут? — Кейт приходит в зону примерки вместе с Кирой и идет к нам из-за занятых примерочных.

Нас становится слишком много, и я отправляюсь на поиски снова. Отдав последнее платье девушке-консультанту, я замечаю, как она небрежно вешает его на отдельную стойку, и рядом с ней еще две таких.

— Здесь тоже можно смотреть? — спрашиваю ее неуверенно.

— Да, конечно, — говорит она на ходу, направляясь к очередной клиентке.

Я сразу замечаю вешалки с моим размером и раздвигаю наряды, рассматривая каждый. Увидев четвертый, я замираю. Темно-зеленое с вышитыми серебряной нитью цветами-узорами, пышной юбкой-солнце и рукавами три четверти. Я выуживаю его и для приличия просматриваю все остальные наряды, достав еще парочку с похожей моделью — видимо, кто-то тоже любит классику.

К подругам я возвращаюсь неуверенная в своем выборе — от этих платьев отказались, они не подошли кому-то, есть какая-то причина.

В примерочной уже главенствует Кейт. Стоящая снаружи Джейн первой замечает меня.

— Еще что-то нашла? Дай-ка мне.

Она внимательно разглядывает мои находки, однако зеленое ее совершенно не впечатляет.

— Вот это должно быть красивым, — отмечает она нежно-голубое платье.

Однако, примерив его, я понимаю — подруга неправа. Джейн и сама морщится, заметив, как оно висит на мне.

Джейн отвлекается, когда наступает черед зеленого платья — оказывается, Сандра вернулась, найдя еще что-то стоящее.

Я с трудом застегиваю тугую молнию на боку и, лишь проведя ладонями по пышным складкам, бросаю взгляд в зеркало.

Это оно. Я медленно поворачиваюсь из стороны в сторону, разглядывая себя со всех сторон. Я замечаю нитку, торчащую внизу, но это поправимо. Оно не стягивает ребра до боли, не тоненькое и не плотное. Приятная на ощупь ткань, юбка, которая держит объем без кучи дополнительных подъюбников.

— Вау! — пока я рассматривала себя в зеркало, внутрь заглядывает Сандра. От ее восклицания мне не удается сдержать довольную улыбку. Джейн появляется следующей и бросает оценивающий взгляд.

— Ну… — тянет она задумчиво, и я неожиданно для себя перебиваю ее.

— Мне все равно! Ничего не хочу слышать. Оно классное. Мне очень нравится.

— Ну наконец-то, — хихикает подруга, раскалываясь. — Ты в нем просто прелесть! Видишь, все не так сложно!

Я облегченно выдыхаю. Несмотря на протест, мне было важно получить и их одобрение.

Переодевшись, я достаю телефон и с ужасом смотрю то на время, то на количество пропущенных вызовов. Дэн меня убьет, и будет прав — я опаздываю уже на 1,5 часа.

Заметив ужас в моих глазах, подруги сначала журят меня за то, что не помогаю им, однако великодушно отпускают домой.

Платье мне дают на две недели, и помимо основного ценника за это время приходится оплачивать химчистку и залог-страховку от повреждений, который обещают в дальнейшем вернуть. Я выхожу из торгового центра, сжимая тканевый чехол, и не верю, что одной проблемой становится меньше.

Едва я оказываюсь на улице, набираю номер Дэна. Он отвечает далеко не сразу — длинные гудки разрывают меня между облегчением и нервным срывом.

— Слушаю, — говорит он, сонно растягивая слоги.

Оказывается, что парень все это время действительно спал у себя дома. Он не приехал к нам домой к времени, о котором мы условились, а решил убедиться, что я успею добраться вовремя, а после, так и не дозвонившись, прикорнул.

— Знаю я вас, девчонок. Вы по магазинам быстро ходить не умеете, — говорит он, зевая. — Купила платье-то?

Уже спустя полчаса он появляется на пороге дома и пытается вести себя непринужденно.

— Проходи. Я сейчас доем — и начнем. Будешь запеканку? — предлагаю я, возвращаясь обратно на кухню.

Дэн проходит на кухню и садится на стул напротив меня, разглядывая окружающее пространство.

— Нет, спасибо. А ты ешь.

— Может, чаю? — я набираю в ложку запеканку и неуверенно замираю.

Парень вновь отказывается, помотав головой, а затем нетерпеливо ложится на столешницу, подложив под щеку свою руку вместо подушки.