Даже когда шум стих, я продолжал лежать, прикрывая сына собственным телом. Я все еще не знал, как снять наложенное на него заклятие, но надеялся, что смогу разобраться. С такой-то силой… Я ведь до последнего даже не понимал, какой мощью обладаю.

«А ты меня хорошо так напугал, — сказал дядюшка. — Я на какое-то мгновенье и правда поверил, что ты отдашь ей силу.»

«Не было бы вариантов — отдал бы, — признался я нехотя. — Но, на самом деле, Моргана ни черта не знала о том, что такое передача силы. И бой на холодном железе здесь совершенно не при чем.»

«Хм… — дядюшкин голос звучал немного растерянно. — А что тогда причем?»

«Добрая воля, — ответил я, — По крайней мере, так это в отцовской памяти. Сам понимаешь, ни о какой доброй воле в нашем случае не шло.»

Я все-таки сел, подогнув под себя ноги, почесал затылок.

«И все же я не понимаю, — сказал я дяде еще немного погодя, — Ладно, Моргана. Но Мерлин не мог не знать об этом условии.»

«У старой вороны свои резоны, — заметил дядя, — Не удивлюсь, если он действительно хотел, чтобы ты прошел испытание скрижалью.»

«Не судьба, — хмыкнул я и, подумав, добавил, — да и не слишком-то хотелось.»

К этому моменту все уже успокоилось, все что горело — погасло, осколки скрижали упали на пол, и даже дым куда-то улетучился. Так что я снял защитный экран — с перепугу он вышел особенно прочным, и повернулся к сыну, собираясь вплотную заняться заклятием. Но это уже не понадобилось.

Рома был в сознании, и смотрел прямо на меня.

Я усмехнулся и сказал:

— Все закончилось.

Он непонимающе моргнул:

— А мама?

— Давно дома, — ответил я коротко, решив оставить подробности на потом.

— А… — он тоже сел, его взгляд упал на девушку. — Амелия! Амелия!

Рома мгновенно оказался возле нее, помог сесть… В следующий момент они уже обнимались, шепча что-то так тихо, что я при всем желании не смог бы разобрать слов. Да и надо ли оно мне? Кажется, третий здесь лишний.

Ладно, когда-то они успокоятся и будут в состоянии отвечать на вопросы, а пока… Я поднялся на ноги, подошел к кучке пепла, оставшейся от Морганы, поднял с пола перстень-паук. Задумчиво покрутил в руках, надел на палец. Пусть лучше побудет у меня.

Итак, на данном этапе я вроде как выиграл. Утешение, сказать правду, такое себе. Во-первых, я так и не понял, во что играл. Нет, с Морганой и троном Амешта как раз все абсолютно ясно. Но чего добивался Мерлин, и с какого боку тут Алекс? Конечно, у него есть причины относиться ко мне с предубеждением, если не сказать больше… Но, черт, не до такой же степени! Интересно, у него реально крыша поехала, или над психикой кто-то хорошо так поработал? Вопросы, вопросы… А задать их некому: Мерлин удрал, а расколдовывать Алекса мне пока что не хочется. Не до него, совершенно не до него.

В абсолютно круглое отверстие в потолке заглядывала такая же круглая луна, цепляя своими кольцами края. Сейчас она была интенсивного изумрудного цвета, в то время как кольца светили жемчужно-белым. Полнолуние?

Помнится, когда мы покидали Черный Бор, Алва говорила, что это самое полнолуние через шесть дней, но я совершенно потерялся в календаре. Хотя какая, по большому счету, мне разница? Пора возвращаться домой.

Мысль, конечно, светлая, только Ромка никак не мог наобниматься с девушкой. Интересно, кто она такая и откуда взялась?

Я деликатно кашлянул, надеясь привлечь к себе внимание, да только бестолку. Молодежи было не до меня.

Я прошелся по комнате, выглянул за дверь — увидел совершенно пустую лестницу, вернулся назад и устроился в том самом кресле, где еще совсем недавно восседала Моргана. Вздремнуть бы часок-другой, но организм все еще находится в режиме искусственного бодрствования, так что не судьба.

Раздался шум крыльев, луну перекрыли силуэты, слишком крупные для птиц, а в следующий момент вниз спикировали трое: Алва, Лукас и летописец Скаарг.

— Мы здесь, чтобы приветствовать Рожденную Повелевать! — объявила Алва.

— Э-э? — протянул я непонимающе.

— Пророчество, о котором я тебе говорила, осуществилось! — торжественным тоном пояснила она. — Дочь древних снова с нами. Амешт будет свободен!

«Офигеть поворот!» мысленно присвистнул я и повернулся к парочке, все также продолжавшей обниматься.

— Рома! — позвал я. — Роман! Не хочется вас прерывать, но…

Они, наконец-то вернулись к реальности, заметили гостей, синхронно ойкнули и вскочили на ноги.