— Серьезно? — подняла голову Инга. — Не обязательно голой ходить?

— И ошейник сними, — добавил Павел.

— Спасибо вам… — пробормотала Инга.

— На ты, — попросил он.

— Эээ… спасибо тебе… — несмело улыбнулась она. — Я не знаю, что они собирались со мной делать, но я уже поняла, что лучше принадлежать кому-то одному. Ты… не будешь давать меня другим? — Она с надеждой посмотрела на Павла.

— Не буду, не парься, — успокоил ее он.

Инга выдохнула с облегчением, затем направилась к одеялам на полу и села на колени.

— А что я должна делать? — спросила она. — Что ты хочешь?

— Ничего.

— Хм… Ну ладно… — растерянно протянула Инга и начала возиться с ошейником, пытаясь отстегнуть поводок. — Но если хочешь, я могу тебе… с-сосать… — Ее голос дрогнул. — Мне не сложно. Только не отдавай меня никому.

— Не надо ничего, — заверил ее Павел. — Расслабься.

— Ну… — Инга настороженно взглянула на него. — Я просто понять хочу, зачем ты меня купил. Что я тебе за это должна?

— Будешь носить с собой мои вещи.

Инга сглотнула и смущенно улыбнулась. В ее глазах блеснули слезы. Спохватившись, она снова занялась своим поводком и в итоге смогла его отцепить от ошейника.

— А ошейник чего не снимаешь? — спросил Павел.

— Ммм… не хочу, — неуверенно улыбнулась Инга. — Пусть все помнят, что я… твоя… рабыня.

Она скромно сидела на полу сведя колени и положив на них руки.

— Да как вы заебали! — заорал кто-то за окном. — Чего вам не понятно, блять?! Пиздуйте к Лёхе! Все через жопу, блять!..

Инга кинула взгляд на окно и сказала: — Быть рабыней даже безопаснее. Если ты и правда не будешь меня… обижать… то мне очень повезло…

— Ну только если со мной ничего не случится, — заметил Павел.

— Хм… Да… — согласилась Инга. — Значит, мне нужно тебя… беречь. — Она смущенно хихикнула, а затем оперлась на руки и подползла ближе к кровати.

— Только… — начала Инга, несмело глянув на Павла. — Ты не мог бы…

Павел настороженно приподнял бровь.

— Не мог бы… достать мне… — Она замялась, отведя глаза.

Павел терпеливо ждал.

— Ну… ту катану…

— Катану?? — нахмурился Павел от неожиданности.

— Да, которую ты отдал белобрысому парню, Тимуру, — напомнила Инга. — За меня…

Павел замер от удивления, потом спросил: — Зачем тебе катана?

— Помоги мне украсть ее… — заговорщицки зашептала Инга, еще приблизившись и выглядывая из-за края кровати. — Мы ее спрячем. Он не догадается.

— Но тебе больше нельзя убивать… — заметил Павел.

Инга отшатнулась, словно была испугана или обижена.

— Я больше никогда и никого не собираюсь убивать! — твердо сказала она.

Возникла неловкая пауза. Павел не знал, что сказать, растерянно блуждая взглядом по ее обнаженному телу.

— Оденься уже, — буркнул он. — Я же дал тебе халат.

— А я тебя не стесняюсь, — сказала Инга и встала в полный рост. — Ты же по правилам мой хозяин.

Она сняла с головы полотенце, бросив его на свое одеяло, откинула назад мокрые каштановые волосы, а потом оперлась коленом на кровать.

— Можно я буду тоже на кровати? — спросила Инга. — Я же не собачка — на полу спать.

— Ну… да… конечно… — растерянно подвинулся Павел.

— И обычно я сплю голенькая, — со странной улыбкой сообщила Инга. — Ты не против?

— Ну… ладно, — смутился Павел еще больше.

Инга залезла на кровать и села у ног Павла. Она с любопытством смотрела, как он напряжен.

Ее взгляд остановился на небольшом шраме на груди Павла. Потом она заметила едва различимые полоски на его плечах. Инга протянула руку.

— Эй! Хватит… — нервно дернулся Павел.

— А что это за шрамы? — спросила Инга.

— Слушай сюда, блять!! — крикнул взбешенный голос за окном. — Еще раз увижу тебя с этой палкой — тебе пиздец!!

Инга смущенно взглянула на Павла, а затем придвинулась ближе и осторожно коснулась его руки.

— Ты хороший парень, раз не хочешь меня принуждать к чему-либо… — сказала она. — Но… за эту катану… — Она заглянула ему в глаза. — Я согласна на все…

— Фу, бля… — сморщил нос Кирилл, брезгливо роясь носком ботинка в рассыпаном на траве мусоре.