— А сам-то ты чего стоишь? — с вызовом спросил Тимур.

— У меня второй дан по кендо, а еще я изучал кикбоксинг. Но главное, что я преподавал в…

— Все эти даны хуйня! — перебил Тимур. — Пыль в глаза. В реальном бою все иначе.

— Идея все же неплохая, — сказал Платон. — Нам нужно собрать всех сильнейших бойцов для начала, чтобы создать тут действительно безопасную зону. Организуем?

— Можно, — пробубнил Степан, откусывая кусок от куриной ножки. — Завтра утром соберем народ и объявим, что ждем всех пацанов в школьном спортзале.

— Желающих девушек тоже, — добавил Павел. — У нас же утром был сильный спарринг между Саввой и… как ее там?..

— С этой ебанутой? — усмехнулся Степан. — Она, конечно, дикая была, и Савва такого не ожидал, но в итоге все равно слила… Очередное доказательство, что у боевых баб понтов больше, чем реального результата…

— Что ты там несешь? — напряглась Вика.

— Ну, слушай… — закатил глаза Степан. — Я человек простой. Верю только в то, что мужики должны ебать баб. И не еби мне мозги.

Вика встала и с грохотом положила на стол тонфу — увесистую полицейскую дубинку с поперечной ручкой.

— Будешь нести эту хуйню — я тебе далеко не только мозги выебу! — угрожающе сказала она глядя на Степана. — Расширю твои представления!

— Воу! Воу! Полегче! — заржал Степан подняв руки. — Исключения есть из любого правила! — он смело встретился со злобным взглядом Вики.

Она была высокой молодой девушкой, но вид у нее был действительно боевой. На ней были штаны цвета хаки с карманами, ремень с кобурой для тонфы, рукава серой рубашки были закатаны, словно она собралась кого-то бить. Волосы были туго стянуты в хвост на затылке, придавая ей еще больше строгости.

— Виктория, сядь! — потребовал Платон.

— Устроили тут мужской клуб, — процедила Вика и села.

— Не пизди… — возразил Степан. — У нас тут даже в этом совете две бабы есть…

Резким и точным движением Вика метнула в Степана что-то металлическое.

— Ай! Блять! — схватился он за щеку, от которой отскочила ложка. — Охуела?!..

Артур, стоявший облокотившись на бар, хохотнул, но постарался снова вернуть невозмутимое выражение лица.

— В следующий раз будет вилка, — пообещала Вика.

— Не отвлекайтесь! — вмешался Тимур. — Лучше скажите мне, где сейчас эта боксерка, которая с Саввой дралась?

— Куда-то свалила, — ответила Вика. — В городе ее сейчас нет. Я займусь ее поисками.

— Хах! Удачи, — буркнул Степан, потирая щеку и посмеиваясь. — А мы, в отличие от тебя, уже нашли и поймали одну убийцу.

— Убийцу? — удивился Павел.

— Да. Сейчас приведу, — сказал Тимур и вышел из зала.

Вика снова встала: — Да, нам известно уже о трех смертях. Про смерть Саввы и молодого паренька вы знаете. Но это хотя бы можно списать на несчастный случай во время разборки, а паренек вообще сам себя убил. Но вот смерть Романа…

— Нихуя себе несчастный случай! — воскликнул Степан. — У паренька пушка была. Если ей размахивать, то дырки в бошках не случайно появляются!

— Поиском пушки я тоже займусь, — сказала Вика. — Мне надо поговорить с Артёмом и Кириллом. Но что было с пушкой — многие сами видели, а вот Романа зарезали мечом посреди дороги.

— Нихера себе! — подал голос Артур.

На его брутальном лице промелькнула тревога, и он переглянулся с Марго и Павлом, которые тоже выглядели взволнованно.

В зал вошел Тимур, ведя на поводке полностью обнаженную Ингу. Поводок тянулся к собачьему ошейнику на ее шее. На ее лбу горела синяя цифра "3", что перекликалось с желтой “3” Тимура.

— Ооооооо! Охохо… — восхитился Артур, окончательно перестав строить из себя скалу.

— Ой, зачем вы ее раздели? — удивилась Марго. — Вы уверены, что стоит так делать?

— Они не только раздели… — сказала Инга дрожащим голосом, неловко переминаясь под множеством взглядов. — Они… меня…

— Эээ… трахнули? — подняла бровь Марго.

— И что? — хладнокровно вмешалась Вика. — Правила разрешают все, кроме причинения вреда здоровью.

— Физическому здоровью, — уточнил Тимур.

Инга испуганно глянула на Тимура, потом на Вику. Похоже, она ожидала сочувствия, но строгая девушка только снисходительно смерила ее взглядом.

— Но… Ведь это… — залепетала Инга, теребя руки. — Это изнасил… — Ее прервал увесистый подзатыльник Тимура.

— Заткнись уже! — раздраженно зарычал он. — Тебе вообще слова не давали! А ну-ка, на колени! А то забылась!