Все ужасы подъезда обошли меня по широкой дуге, наверное, боясь ещё больше отравиться угарным газом, который приличные люди от чего-то называют перегаром. Не то, чтобы я такой уж заядлый пьянчуга, да и вообще не большой фанат таких развлечений, но сегодня постарался, так постарался!

Пешком поднявшись на четвёртый этаж, я вставил ключ и повернул его пару раз. Дверь со скрипом открылась, и я, наконец, оказался дома, в тишине и покое от уличной суеты. Звон наружных металлических подоконников ещё больше обрадовал меня — похоже, я спасся ещё и от дождя.

... в которой Андрей познакомится с новым недружелюбным миром. Приятного чтения.

Через неделю после моей попойки вновь наступили долгожданные выходные, которые я твёрдо решил провести у себя на даче, на свежем воздухе и без сражения со змием зелёным. Творившееся со мной утром следующего после оформления премии дня, надолго осталось в памяти. Особенно мне «запомнилось» личико в зеркале, когда я решил побриться. Напоминавшее раньше довольно молодую для моего возраста неширокую параболу, оно распухло и долго не хотело принимать прежний вид. Коротенький широкий нос, впрочем, находился там же, где и раньше, а глаза, выдающие мой реальный возраст всем, на кого я гляну больше трёх секунд, ещё больше напугали, едва я разлепил их. Вокруг мёртвенно-мутных зрачков серую радужку поразил багрянец, и от этого они казались зловещими. Только после умывания в них появился какой-никакой блеск и готовность вершить великие дела.

Погода к субботе успокоилась, и на улицу из-за облаков лениво выползло солнце. Пятничный дождик куда-то сбежал, но и хорошо, а то второго потопа человечество не переживёт.

Этот август больше походил на раннюю осень с её периодическими дождями, сменяющимися просветами по паре дней. Честно говоря, я боялся, что всю неделю с самого вторника так и прольёт, но обошлось.

В первый день выходных я сидел у камина и читал книгу, а на воскресенье у меня уже состроились планы сходить на рыбалку к реке, протекающей всего в нескольких километрах от дачного коператива. Несмотря на солнце, до жары сегодня температура не поднялась.

***

В окно мне в четвёртый раз тихо постучались, но, как и в прошлые разы, никого там не оказалось. Черненко снова захватил моё внимание, и, надеюсь, уже бесповоротно.

Как я и надеялся, больше отвлекаться не пришлось. Глаза, казалось, сами бегали по прямым печатным линиям, но и в текст вникать становилось тяжелее. На страницах книги появились какие-то странные слова, которые я вроде как читал, понимая каждое, но сразу как-то забывал. Когда же возвращался на предыдущую строчку, то и смысл её пропадал, давая место новому.

Меня разбудили чьи-то крики за окном, и от этого ко мне вернулось сознание. Крики продолжились, но теперь я понимал, что это не вопли, странно преобразованные моим сонным мозгом, а смех бегающих по улице соседских детишек. Снова выпросили мяч и гоняли беднягу по земле, пытаясь забить друг другу как можно больше голов.

Часы на стене показали пятнадцатый час, что меня очень удивило, ведь приезжал я в десять. Вроде, и бодрячком утро встретил, и вчера не произошло ничего такого, что меня измотало бы. Как же так?

Протерев лицо обеими руками, я вышел в огород и умылся из бочки, которая доверху наполнилась прохладной дождевой водой. Это почти отогнало сон, а поднявшийся слабенький ветерок довершил начатое. Вернувшись в дом, я всё-таки заметил, что камин совсем погас и решил его снова затопить. Дров здесь не осталось, поэтому пришлось снова топать на улицу. Вскоре металлическая корзина у камина стала полна топлива, и я подбросил пару брёвнышек в очаг.

Они не загорались от оставшегося жара, хотя и казались сухими. Пришлось положить под них бумаги, аккуратно, чтобы не обжечься, но та лишь истлела, превратившись в пепел. Вложив под дрова небольшой лист бересты для подстраховки, я снова взял каминные спички и зажёг одну. Поднеся её ближе, я уставился на пламень и завис. К счастью, когда до пальцев огню осталось опасно мало, я проморгался и отбросил горящий снаряд. Вторую использовал продуктивнее, и, наконец, дерево весело занялось огнём.

Меня снова нещадно потянуло в сон, и это было странно, потому что этой ночью я точно спал больше семи часов, и обычно этого хватало на целый день. Но сегодня что-то не сложилось. Книга больше не привлекала внимание, поэтому я положил её на столик перед телевизором и просто уселся напротив камина в кресле.

Тараканы в голове разбежались по своим норам, а огонь, распугавший их, разогнал все прочие звуки приятным треском, вгоняющим в дрему. И если я провалюсь в неё, уверен, уже не выберусь. Вялые попытки борьбы со сном вскоре окончательно провалились.

***

Снаружи раздавались громкие ритмичные стуки, будто на что-то металлическое падают большие капли воды. Звук, до одури неприятный, легко проникал внутрь, от чего я и проснулся, тут же подумав, что паршивая изоляция окон — целиком и полностью моя вина.

Выглянув в окно, увидел густой туман, который скрыл собой всё в метре от окна. Он будто светился изнутри, хотя из всего света в доме у меня были только прогоревшие угольки, над которыми поднималось марево.

«Что сегодня с планетой?» — усмехнулся я мысленно, хотя ещё немного, и начал бы говорить вслух.