— Принимаю. Завтра перед подъёмом на стрельбище. Хотелось бы увидеть твой меч.

Неожиданно что-то небольно кольнуло в запястье, после чего через нескoль мгновений ощущение повторилось, но я даже не шелохнулся.

— У тебя нет такого оружия, — сказал ял, не заметив ползновений Роктуса.

— Это не твои проблемы, я сказал своё слово.

— Тогда до четырёх попаданий. Я хочу вернуть мою часть стрелков.

— Будь по сему, — задумчиво ответил я, — но мне требовать нечего, а в дружбу с тобой я не верю.

— Если потерплю поражение, я готов отдать тебе ещё троих риссов и двух алинов.

— Согласен, — ответил я и задумался. Если валютой на площадке выступают подчинённые, понятно, почему командир стрелков обозлился на меня. Но делать уже нечего, ял ощутимо хлопнул дверью, что-то коротко бросил дежурному и, наконец, покинул начинающий гудеть от разговоров дом. Нет, так дело не пойдёт.

— Тишина!!! — рявкнул я. — Была команда спать! Если разбудите раньше времени, всем отрежу уши!

Наконец, воцарилась тишина. Ялы, похоже, решили даже кроватями не скрипеть, но даже так вряд ли у меня что-то вышло бы, пытайся я заснуть традиционным способом. Если честно, я прямо чувствовал, как ускорилось сердце и затряслись руки. К счастью, я знал одно полезное условие и произнёс его, после чего сразу же провалился во тьму.

— Хасилу скажем о результатах? — спросил я, с нахальной улыбкой наблюдая удивление на лице яла. Роктус стал точной копией его клинка, но не серым, а чёрным с продольными красными линиями, похожими на длинные подтёки крови. Его я нёс от самой комнаты, чтобы никому не давать лишних поводов для разговоров, хотя вряд ли сам вид меча слишком этому способствует.

Несмотря на утреннюю прохладу, я побеспокоился за одежду, которую после боя придётся стирать. От пота или крови — вопрос десятый. Поэтому весь верх я оставил в общежитии. К слову, вход в свою комнату я запер живым замком, который отпирался движением одной из линий в СНДВ. Для отвода любопытных глаз ялов я делал пассы руками в совершенно других местах, пока в этот же самый момент отпирал замок.

Мы стояли в образованном толпой круге. Собрались как мои бойцы, так и бойцы Кисана, но между собой они общались совершенно спокойно. Видимо, в этот самый момент на детей больше похожи мы, ланни, не поделившие игрушки. Но раз уж бросил вызов — не отступай, а предлагать ялу возможность отозвать его я не стану. Пусть пожинает последствия.

— На усмотрение победителя, — ответил он, наконец, справившись с собой, а мне пришлось пару мгновений вспоминать, на какой вопрос он отвечает. Зато я успел привыкнуть к весу оружия и его балансу. Неважный меч, если честно, но, бывало, побеждал и в худших условиях. — Где твои ножны?

— Хватит болтать, — отрезал я и повернул голову к незнакомому ялу, алину одного из отрядов мечников, который согласился быть нашим судьёй. — Готов.

— Я готов, — ответил Кисан. — Давайте отмашку.

Взмах рукой, и мы встали в боевые стойки. Ял в привычную ему, а я в неизменную свою. Роулл не любил её, но в хорошем смысле — потому что я с ней чаще побеждал. Первые несколь секунд мы с Кисаном только кружили, но в какой-то момент я заметил едва различимое движение его ног и успешно отбил первый удар. Надо сказать, бил ял не в полную силу, иначе наш поединок мог перейти в разряд дуэлей. Звон стали разнёсся по площадке, и мы начали бой по-настоящему. Взмах, подсечка, уворот, мне даже удалось врезать противовесом под дых противнику, но ял не согнулся, а продолжил бой.

В целом, Кисан владел мечом чуть хуже ланни, с которым я столкнулся по приказу Хасила, однако в этот раз противник мне попался куда более выносливый, и я понял, что играть в оборону с ним — плохая идея. Наоборот, нужно сразу идти в атаку и наносить удары.

Несмотря на то, что я открыл счёт, на второй удачный удар Кисан таки ответил, но его триумф оказался недолгим. Сразу после его попадания последовало моё, правда не лезвием, а свободным кулаком в грудь, но мы не договаривались о том, чем нужно наносить удары, поэтому судья ещё до поединка согласился регистрировать все наши удары.

— Даю шанс отступить, — сказал я и тут же получил плашмя по плечу. — Ну, берегись. — После того, как я отбил следующий взмах, мой меч со звоном разогнался и остановился, едва прикоснувшись к шее яла. От туда даже спустилась капля крови, ничуть не угрожающая жизни соперника. Больше Роктус мне был не нужен, поэтому я быстрым движением вставил его в воображаемые ножны, где он и исчез.

Уронив меч, Кисан с ужасом на лице потянулся к порезу, но я поймал его руку, а свою свободную направил на рану и произнёс исцеляющее условие.

— Проклятие! — бросил он сквозь зубы, поднял свой меч и пошёл прочь, а меж тем, к нам приблизился безнадёжно опоздавший на бой Хасил. Он растолкал себе в толпе проход тростью, проводил взглядом побеждённого яла и посмотрел на меня.

— Будь у меня после еды, — сказал телли арктически-ледяным голосом, от чего у меня по спине пробежались мурашки. — Остальные — вон с площадки, подъёма ещё не было!

— Прекрасная работа, ланни, Кисан только что уволился! — Хасил стоял перед столом, уперев в него руки. — Кто следующий?