— Ланни имени Фура, — поправил я. — Не при исполнении. Приветаю, акаст Винн.

— А-а, я слышала о тебе. Халун и Роулл постарели на десяток оборотов с тобой.

— При всём уважении, я не хотел бы говорить об акасте Халуне в таком ключе, — ответил я совершенно серьёзным голосом, наблюдая за сменой выражения её лица. — Прошу проявить благородство.

— А есть причина? — спросила она, найдя слова довольно быстро.

— Есть, акаст, и она вам не понравится.

— Кхем, — перебил нашу дискуссию Дариуль. — Что ты хотел мне показать?

— Прошу прощения, — сказал я Винне, кивнул и пошёл за ялом. — Во-он тот живой дом.

Он напоминал гигантский раскрывшийся бутон с лепестками, в раскрытом виде напоминающими искривлённые шипы короны. Они угрожающе смотрели вверх и, будто бы были готовы воткнуться в проплывающие мимо облака. Прямо по центру в их окружении стояло невысокое дерево, покрытое молодыми светло-зелёными листьями и увешанное большими каплями-светильниками, похожими на экзотические фрукты. У меня появился шанс спросить, относится ли оно к Живой Листве, и Дариуль ответил положительно, но отметил, что это один из старых его проектов, и линии в дереве на столько истончились, что оно стало живым в буквальном смысле. То есть, из-за их колыхания в пространстве дерево медленно двигается, но одновременно оно не может и освободиться. А когда я спросил про светящиеся капли, он ответил, что встретил такое растение однажды в путешествиях по Покинутому Давуриону.

— Даже не вспомню, в какой его части. — Он выглядел задумчиво и, кажется, чуточку разочарованно. — Меня тогда волновало лишь пополнение коллекции.

— Может, и я когда-нибудь побуду в тех местах? — спросил я мечтательно. — А то всё слышал, да слышал.

— Руины городов, брошенные деревни, разорённые гнёзда, — перечислил он, вздохнув. — Там нечего искать. Больше всего растений я нашёл на островах и архипелагах. Даже в Аздахаре побывал, но недолго.

— Зайдём? — предложил я, раздвинув зелёные листья на входе.

Дариуль вошёл первым, а следом за ним внутрь шагнул и я. Не удивительно, что сюда никого не заселили. Мой дом потянул бы стать полноценным музейным экспонатом.

У окна стоял живой стол с идеально ровной матовой столешницей, а рядом находился шкаф, украшенный по бокам густой листвой. Настил в виде густого травяного покрова, тоже лежал, ничуть не примятый, а у стенки так и висел мой гамак — возможно, единственное, что здесь ещё принадлежало руке Халуна. Обои внутри составляли листики разных цветов, которые я снимал с чужих домов. Жаль, не все прижились, но что уж теперь поделаешь? Чтобы наживить что-то новое, мне бы пришлось всю обойную сеть сносить и рисовать с начала. Хорошо, хоть, сделал интерьер модульным, а то если и впрямь придётся что-то изменять, не придётся делать всё сразу.

Свет внутрь попадал преимущественно через крышу, и я чувствовал себя в этот самый момент обитателем огромного бутона, от чего сам себе казался маленьким, с пчёлку. Уверен, Дариуль, стоявший в центре комнаты, ощущал то же самое. Его лицо говорило больше всяких слов.

Долго вспоминать, как тут всё устроено, мне не пришлось. Подойдя к жёлтой линии на стене, я коснулся её пальцем и повёл в сторону. Сверху донёсся шелест, и напоминающий полупрозрачное крыло дракона козырёк начал закрываться. Мне невольно вспомнилось, как я его делал, долго рассматривая собственные руки, но он получился, без лишней скромности, отличным.

Дариуль отшатнулся от центра к стене, но, к его чести, не выбежал на улицу, а продолжил глядеть, не моргая на закрывающийся козырёк.

— Не бойтесь, система проверена.

— Не ожидал такого. — Восхищение из яла просто сквозило. — Это всё сделал ты?

— Ну, кроме гамака и дерева, разумеется. Оно само листьями обросло.

— Гамака? — не понял он.

— Ну, кровати-мешка. Её для меня сделал Халун.

— Но как?

— Магия и технологии творят чудеса. Иногда.

Пока Дариуль пристально рассматривал мои линии и спрашивал, какой блок за что отвечает, к нам зашла Винн и поинтересовалась, хотим ли мы присоединиться к общему приёму пищи. Когда как я готов был согласиться, ял ответил отказом и засобирался идти домой. Она проводила нас до самых ворот, но по пути ни слова не проронила. Возможно, при первой нашей встрече я ответил слишком жёстко, и она теперь держит на меня зло. С другой стороны, узнав о судьбе Халуна, она поймёт, почему я был так серьёзен и, возможно, первое впечатление сгладится. Проклятие, мне будто бы до этого есть дело! Что с тобой, Андрей?

Мне никто не ответил, и я продолжил неторопливо идти за Дариулем. В общем-то, я мог бы и в одиночку отыскать его дом. Разве что блудану на другую улицу, обходя дом Чууны по дуге, но мне не привыкать ходить.

Удивительно, но прошло всего ничего времени с того момента, как вышли за покупками, а мы уже вернулись в дом. На этот раз, правда, мы, не разуваясь, прошли насквозь в задний двор — небольшой участок, покрытый травой и несколькими кустами, в которых я узнал пару ягодных культур.