Смотреть в сторону «Короны» не хотелось, тем более мне ещё идти над ней по мосту, так как винтовая лестница на третьем этаже заканчивалась. Здесь мы задерживаться не стали и почти сразу пошли к резной деревянной двери в скругленном кверху проёме. Та поддалась легко, пусть и с негромким скрипом, и перед нами пролёг мост над темнеющей внизу пропастью.

Хотя канохи и сделали перила — на фигурных каменных ножках лежали одинаковые бруски — подходить к ним я опасался. Смотреть с высоты на лес или поле, может, и не так страшно, но бездна, где в глубине скрывается тьма, заставляла сердце сжиматься. Вместо этого я смотрел вверх и вновь завидовал беспечно порхающим над пропастью птицам. Алат, наоборот, вёл рукой по перилам, которые ему по пояс, и с интересом смотрел вниз.

Здание на трёх колоннах в центре пропасти и впрямь походило на корону. С этой стороны витражи почти ничем не отличались от тех, что с передней части дворца.

— Хорошо, здесь не нужно ничего реставрировать, — усмехнулся Летун-знаток.

— Строителей бы на ваших хирушей, — предложил Паркат.

— Зачем?..

За их разговором я почти не следил, усвоил только начало, меня волновало, как бы побыстрее покинуть этот мост, и вскоре мы оказались у входа. О конце пути нас сначала оповестило то, что перила стали покрыты каким-то изжелта серым металлом, а перед нами показались необычные двери. В шестиугольных проёмах металлического каркаса стояли разноцветные стёкла, толщина которых достигала нескольких сантиметров. Однако, прежде чем мы насмотрелись на створки без ручек, они сами собой начали медленно открываться. Звука металл почти не издавал, хотя я уже приготовился к скрипу до самых костей.

Меня одолело странное чувство, будто мы заходим в самый настоящий сейф. Может, дело в том, что створки начали медленно закрываться за последним идущим Летуном? Мне стоило огромных усилий не броситься обратно в щель, пока она ещё достаточна для моего тела.

— Осталось только пустить газ, — усмехнулся я, когда створки всё-таки закрылись. — Итак, где же правитель?

Мой вопрос казался мне вполне разумным, так как я здесь никого не увидел. Взгляд мог различить только роскошный золотой трон на белом мраморном круге в центре, поднимающимся на комфортный шаг, и цветные окна в серых стенах. Как и снаружи, шесть стен разделяли колонны, а потолок являл собой длинные деревянные балки, соединённые между собой горизонтальными перекладинами. В самом центре под потолком находилась большая потемневшая люстра, но огня в ней не оказалось, хотя в зале царил сумрак.

Щёлкнув пальцами, я без слов призвал Люмена. Канохи на него, казалось, и внимания не обратили, а мне с моим зрением света и без того не хватает. Пока остальные осматривались, шли к окнам, я решил сразу же отправиться к трону. Разумеется, там никто не сидел, но мне почему-то казалось, что от туда, прямо с бархатной поверхности сидения на меня кто-то внимательно смотрит. На этот раз, не пытаясь вселить ужас.

— Чувствую, энергетика здесь колеблется, — сказал я без тени иронии. А она и впрямь колебалась.

С каждым шагом к центру я мог различить всё больше хитрых украшений на троне, а гул, будто бы из трансформатора, усиливался, но только обычным зрением я ничего не видел. Как оказалось, СНДВ тоже не особенно помог, поэтому на мгновение я остановился и закрыл глаза, чтобы использовать Источное Зрение — лучший способ увидеть какую-либо магию.

Трон, как оказалось, светился пульсирующей силой, а эпицентром, её источником, являлся небольшой бесформенный клубок, окутанный дымом разных сменяющих друг друга цветов. Эта душа находилась в одном месте, в отличие от души Готлода — на самой верхней точке сиденья.

«Вона ты какой, Ваше Величество», — подумал я про себя и облетел этот дымок вокруг, внимательно его изучая.

Вернув себе привычное зрение, я встал на ноги и сразу же покачнулся от головокружения.

— О-ох, вот это даёт!

— Фура, ты что-то увидел? — тут же поинтересовался Алат. Он ждал хороших новостей.

— Да, но нужно время. Сеансы спиритизма — ещё тёмный лес для меня. Всё может кончиться… — Поняв, что ляпнул лишнего, я закрыл рот и, присев у трона уже на белую мраморную площадку, снова сменил зрение. Но на этот раз моя цель — разумом проникнуть в тот клубок и попытаться не навредить ему.

Помнится, Готлод услышал меня ещё до контакта душ, но что в этот самый момент сказать королю, я не знал. А ещё я не хотел пускать к своей новую — от наплыва памяти снова закружится, а то и заболит голова.

Вся компания канохов смотрела то на меня, то на трон, на который устремил свой взор я. Визуально ничего не происходило, но в этот самый момент я тянулся своим разумом к точке на троне, которую видел в ИЗ. Аккуратно, палец за пальцем — такая у канохов мера длины по толщине указательного — я приближался тонким изгибающимся лучиком света и неожиданно увидел, как точно такой же, но уже не принадлежащий мне, вытянулся ему навстречу. На мгновение я в нерешительности застыл, даже дышать перестал, и, словно зеркально, застыл и встречный, но я всё-таки решился продолжить движение.

В момент, когда лучи коснулись друг друга, я ощутил, будто бы мысленно закрываю глаза, но вместо бесформенных цветных пятен, проецируемых разумом, увидел смазанные прямоходящие фигуры. Странно, но их там оказалось несколько.

С течением времени, очень замедленного для реальности и сильно ускоренного для потока сознания, фигуры приобретали чёткость, цвета и детали. На меня смотрел немолодой канох с сединами на голове и побелевшими двойными рогами на скулах. Его морщинистая кожа казалась прозрачной, а глаза выглядели уставшими и грустными. Впрочем, я заметил в них живой блеск, будто передо мной в этот самый момент не просто душа, а самый обычный живой канох со своими мечтами и проблемами.