Миновав мост со всё ещё спящей стражей, я поднялся чуть выше по течению и уже там решил зачерпнуть воды. В том, что она пресная, я убедился, но схлопотать отравление хотелось меньше всего. Благо, металлическая фляжка позволяла вскипятить её прямо внутри. Останется только охладить металл, наполнить из неё бурдюк и повторить процедуру.

Пока из горлышка весело поднимались пузырьки, мне в голову пришла мысль, что будь здесь хоть одно подходящее растение, я мог бы сделать себе очень неплохой чай. Более того, континент не обижен цитрусовыми, хотя растут они чуть дальше на востоке. Даже как-то грустно стало, что я не смогу сделать его. И какой умник сказал, что человеку для счастья нужно немного?

Настроение, впрочем, вскоре вернулось к отметке «Прекрасно». Поправив лямки, я снова вернулся к окружающей дорогу лесополосе и пошёл дальше. До города осталось совсем немного, а чтобы не скучать, я взялся дальше рыться в памяти. Как оказалось, я почти угадал с барьером, он и впрямь имел место быть, но располагался он не по всему кольцу вокруг города и темниц, а как бы широким веером с промежутками около километра. Мне просто не повезло попасть на активный участок, где со временем из меня вытянуло магию, а потом начало тянуть и силы. Не понятно только, почему я не мог говорить с драконом.

К счастью, впереди таких аномалий больше не встретится, я на королевских землях, где без опаски могут ходить как военные, так и гражданские. Из-за этого внутри поселилось ложное чувство покоя, и я даже немного расслабился, однако потом всё-таки вспомнил, что в городе-то всё и начнётся.

С одной стороны дороги, где виднелись скалы, утопающие в болоте, уходила дорога на каменоломни и рудники, а с другой приятной глазу желтизной сверкали поля, где, прищурившись, я даже мог разглядеть работающих канохов. Возможно, тот, кто захватил разумы, подумал, что было бы здорово не дать канохам умереть от голода, но только чего можно ждать столько оборотов? С этим вопросом я обратился к Горпасу, как к самому старшему из нас.

«Не знаю. Воздушные пути туда были закрыты ещё пять веков назад, хотя наши и до этого не особенно летали в Аздахар».

В памяти сам собой всплыл небольшой фрагмент истории до Красного Века. Далеко на западе, за болотами, канохи успели сыграть с горными драконами в войнушку. Значительных потерь ни с той, ни с другой стороны не было, большие отряды просто не могли пройти через трясину, а летающие не могли нормально атаковать скрытых густыми лесами двуногих. Канохов вскоре заинтересовала другая сторона света, тем более оказалось, что пригодных для жизни земель в Давурионе значительно больше, тогда как здесь, несмотря на обширные территории, болота занимают большую часть континента, которая и так заселена.

«Могу подсказать дорогу. Тут вроде одинаково, что на земле, что в воздухе».

«Отличная идея! — почти воскликнул дракон в изумлении, что сам до этого не додумался. — Только давай пока больше никому. Буду там камни искать».

«Здоровая конкуренция?» — усмехнулся я, хотя и пустил в мысли чуточку осуждения.

«Ты же не против, чтобы меня подняли до приближённых?»

«Да хоть до заместителя Главы, я буду только рад».

Стены стояли так близко, что я смог бы попасть в них камнем, не особенно стараясь. Однако, выйти из-за деревьев и подойти к ним я опасался из-за двоих стражников на воротах. Они охраняли ворота, которыми, казалось, пользуются постоянно. Об этом я мог судить по двум дугообразным следам от — не поверю — колёсиков.

Пытаться усыплять военных с такого расстояния я побоялся. Выходить — тоже, так как они могут и не воспринять условие. К счастью, они смотрели сугубо на дорогу, а лесополоса шла небольшим продолговатым холмиком, за которым я мог бы проползти в сторону. Так я и сделал, хотя сумку пришлось тащить по земле руками, чтобы не выпирала, находясь на спине. Русло рва со стороны выглядело неглубоким, но, когда я отполз достаточно, на дне обнаружил немного воды. Над ней висели корни, густо облепленные мочалками мха. Зелёные сталактиты утопали в воде, а поверхность круглыми листами густо усеяли кувшинки.

— М-да, — произнёс я задумчиво. Лезть вот так вброд не хотелось — дна совсем не видно.

Взгляд ближе к воротам — ничего, взгляд дальше — уже лучше. Там я увидел корневую на том берегу и относительно тонкий ствол поваленного дерева, усыпанный вьюнами и другими растениями-паразитами. С такого расстояния канохи вряд ли заметят меня, но лезть придётся осторожно, иначе ствол треснет, и плакали мои водные процедуры.

Ствол выглядел ненадёжно, но кора всё ещё покрывала его поверхность. Будь он гладким, плюнул бы без раздумий, а так хоть пробежать смогу. Первая ступившая нога дрожала, ствол качался ей в такт, но, к моему удивлению, выдержала нагрузку, когда я поднял вторую. Следом ещё шаг, и ещё. Так в итоге ров я и преодолел. На той стороне уже стоял, прислонившись к стене и тяжело дышал, потому что один раз едва не свалился в болотце внизу. Маты были бы такими громкими, что стражники их точно услышали бы.

Стена выглядела очень старой, но ещё достойно сдерживала оборону под вечной осадой времени. Между гладко шлифованными гранитными камнями, сплошной решёткой сидел мох, но мне доставало лишь легкого движения руки, чтобы открыть соединяющий раствор и убедиться: он почти не пострадал.

На равных отрезках стены, по сто метров, стояли круглые башни, которые пустовали и зеленели ото мха на той стороне, которую за день солнце почти не тронет. На одной из них уютно расположилось деревце прямо в центре, опустившее свои корни между зубцами аж к самой земле. Как оно называлось, мне из памяти выудить не удалось, но по цвету коры оно напоминало берёзу.