– Я не трус! Руки пачкать не хочу. Моя семья не из простых… была.

– Ага, да, оправдывайся дальше, мне «очень интересно». Трус.

– Месть свершится и слова ребёнка этому не помешают!

– Пф, взрослый нашелся, тоже мне…

– Тихо ты! Мешаешь…

Шум прекратился, и бандит решил посмотреть, что там снаружи, однако стоило ему взяться за засов, дверь выбило. На пороге, истекая аурой, стоял Энтинус, его глаза казались безумными. Стыдно признаться, но в тот момент тиски, сковывающие моё сердце, разжались, по щекам потекли слёзы. Я была рада видеть наставника больше, чем преторианскую когорту.

– Т-ты… чего так долго…? – готовая разрыдаться от счастья, дрожащим голосом произнесла я.

***

Когда Энтинус увидел Астру живой и почти невредимой, его лицо просветлело. Маг опустил плечи, пульсирующая чистой лазурью аура угасла. Отброшенный к ногам девочки главарь похитителей встал, и обнажил меч. Осанка и стойка юноши выдавали в нём дворянское происхождение. Ловко играя запястьем, он приготовился к выпаду.

– Бросаешь мне вызов? Не советую. Как видишь, я добрался сюда и даже не вспотел. Не заставляй меня поступиться принципами и убить ребёнка.

Острие клинка было направлено в грудь чародея. Бандиту стоило сделать одно движение, чтобы пронзить сердце неприятеля, победить, однако… Безоружный маг навис над ним подобно крутому утёсу, заставляя колени юноши дрожать.

– Т-ты… убил моих людей! – одолеваемый первобытным ужасом, выкрикнул парень.

– Да, они встали на моём пути.

– Это и есть ваша хвалёная справедливость?!

– О чём ты? Я пришёл спасти свою милую ученицу, не более.

– Вы все одинаковые! Столько пафосных слов о том, что магия создана для людей… На самом же деле, она лишь поддерживает ваш трон!

Сделав шаг назад, бандит приставил меч к горлу волшебницы.

– Провоцировать меня – плохая идея, – покачал головой Энтинус.

– Только угрожать и можете! А как же все ваши обещания?!

– Я живу в Лампаре немногим больше месяца. Не знаю уж, что гильдия наобещала народу, но, если сейчас же не уберёшь оружие от моей подопечной, я за себя не ручаюсь. Это последнее предупреждение.

Под испепеляющим взглядом чародея юноша благоразумно отошёл от Россы. Даже будучи несведущ в магии, он смог прочувствовать разницу в силе.

– Почему ты нас так ненавидишь, мальчик? – губы чародея растянулись в издевательской усмешке.

– Имя моей семьи втоптали в грязь!

Вместо ответа, волшебник лишь заломил бровь.

– Империю основали десять лет назад…

– Это мне известно.

– Тогда знай, это сделали трое: лорд Севера, Обозревающий Небеса, и… мой отец, лорд Запада.

– Значит, ты у нас не меньше, чем сын полководца империи?

– Должен был им быть… но отца предали! – от нахлынувших воспоминаний юношу основательно потряхивало. – Взойдя на престол, Северянин оклеветал его и посадил в яму!

– При чём тут маги? Гильдия участвовала в клевете?

– Наоборот! Когда преданные отцу люди умоляли твоих «справедливых» согильдийцев помочь, те отказались вмешаться! Сволочи! Собственные шеи им оказались дороже правды! Папа, он… Мне было всего девять… Я пробрался к яме…

Парень закашлялся, ком в горле мешал ему говорить.

– …Почему…? Отец был избит, унижен, голоден… Почему он улыбался мне? Вместо просьбы отомстить за него, он сказал: «Сын, ты будешь жить в прекрасной империи, будь сильным».

– Слышал поговорку: «Яблоко от яблони»? Видимо твой папочка хотел, чтобы ты продолжил династию мерзавцев.

– Заткнись! Я вам, ублюдкам, кишки выпущу!

Объятый яростью, юноша с мечом наперевес бросился к Астре.

Бах!

За время меньшее, чем удар сердца, Энтинус приблизился к парню, схватил за лицо и впечатал в стену. Бандит бессильно крякнул, а его меч звякнул о пол. Приблизившись к самому уху юноши, чародей прошептал:

– Ты чуть не выбросил мечту своего отца в сточную канаву. Успей ты навредить моей маленькой ученице… Поверь, годы мучений в яме показались бы тебе райским наслаждением.

***

Астра:

Магия всегда была частью меня и моих близких. До встречи с Энтинусом я упорно грызла неподатливый гранит науки. Теперь же чувствую, что зря «мучала зубы», пытаясь постичь волшебство, которое и рядом не стоит с чарами моего учителя. Слава Всевышнему, меня не успели изуродовать начертаниями на теле.

Закончив трепаться с юнцом, наставник щёлкнул пальцами и путы, сковывающие меня, лопнули. Этот мальчишка, главарь бандитов, столько гадостей мне наговорил, да ещё и с таким апломбом[4], а теперь на коленях стоит и дрожит. Ничтожество. Поднявшись, я врезала ему кулаком в скулу. Вырвавшийся поток маны обжёг лицо бандита. Вскрикнув, он повалился на пол и больше не двигался.