Три – четыре. Пять – шесть.

Надо было успокоиться и ничто лучше небольшой медитации тут быть не может. Мне часто приходилось не легко, но сказать, что я привык, будет определённо ошибочно. К подобному тяжело привыкнуть, если вообще возможно.

Двадцать восемь… Двадцать девять… Двадцать… десять?

Разум был будто в тумане, мысли путались, сердцебиение замедлялось. Вскоре сознание померкло.

Я заснул?

* * *

Тот же город, тот же осенний холодный дождь, всё та же магистраль, вой сирен, крики. Я стою в двух метрах от своего собственного трупа. Сбоку – те самые дети, рыдающие на коленях прямо под проливным дождем. Какая-то пожилая женщина пытается их успокоить, но – тщетно.

– Пульса нет! – обратился медработник к своему напарнику.

– В любом случае грузим внутрь. Давай быстрее, я уже весь промок тут стоять.

Я стоял и безучастно наблюдал за происходящим. Это ведь всего лишь сон, в нём нет смысла.

– Тебе так нужен смысл? – сзади обратился ко мне незнакомый женский голос.

Я обернулся. В чёрном плаще, закрывающем всё тело стояла невысокая девушка. Единственное, что было видно – ярко алые глаза, будто пронизывающие душу. Я совсем не впечатлительный человек, но даже у меня она вызвала некий первородный страх. Сосредоточившись, я всё же смог ответить.

– Тебе что-то надо?

– Пока что нет.

– И зачем тогда всё это?

– Когда-нибудь может и узнаешь…

Диалог начал мне надоедать. Я сосредоточился.

– Неужели тебе совсем не интересно?

Интересно ли мне на самом деле?

– Нет.

На небе появилась трещинка, которая быстро разрасталась по всему окружению. Вой сирен становился всё более прерывистым. Всё вокруг начало терять цвета и объём

Вспышка и причудливый сон резко прекратился, я вновь пришёл в себя.

И кто это был?

В этот раз я, хоть и с трудом, но смог открыть глаза. Сфокусировать взгляд на чём-то было не просто и всё же, спустя какое-то время, у меня начало понемногу получаться. Деревянный потолок и старая люстра с настоящими потушенными свечами. Тусклый лунный свет, освещающий небольшую комнату. Беленькая паутинка в углу.

Повернуть голову я не мог – кроме того, что тело совсем не хотело слушаться, я, судя по всему, был с ног до головы в бинтах, больше напоминающих гипс. Самое неприятное, что они ещё и сдавливали шею, затрудняя и без того слабое дыхание.

В остальном боли на удивление почти и не чувствовалось.

Поверхность, на которой я лежал, начала трястись. Я здесь не один? Я попытался что-то сказать, но вышел какой-то неразборчивый писк.

– А-а, что? – я услышал чей-то мужской голос.

– Дан проснулся! – воскликнул высокий женский голос.

Язык был мне незнаком, но всё жуть суть слов улавливать получалось. Меня, к слову, звали совсем не Дан, но это далеко не самое настораживающее.

С кровати кто-то встал и направился в мою сторону, огибая кровать.

– Ты лежи, я его покормлю.

– Да дай хоть посмотреть на него.

В этот же момент перед моим мутным взором возникли два гигантских лица – мужское и женское.

Кажется, я всё-таки умер.

* * *

Королевство Аранайд. Главный замок Дома Найт.

Большая комната, высеченная полностью из мрамора, массивный стол, удобное кресло, на котором сидит мужчина средних лет с уже заметной сединой. Напротив него стоит светловолосый юноша лет двадцати в красивом, обитым красными нитями по краям, длинном белоснежно-белом плаще. Под плащом – чёрный сверхлёгкий кожаный доспех, разработанный специально для магов его уровня. На нём несколько небольших карманов и пара колец, с прикреплёнными кинжалами для ближнего боя или утраты основного оружия. Снизу длинные тёмные брюки, обеспечивающие защиту нижней части тела, но не сильно вмещающие при беге.

– У Эндрю родился сын? – не веря воскликнул он – И это вы говорите только сейчас, Мастер? Спустя сколько… три, нет четыре года, как он сбежал?

– Я прекрасно тебя понимаю, мы сами были удивлены. Но клановые эксперты не могут ошибаться, ты ведь и сам прекрасно знаешь – медленно и чётко ответил мужчина.

– И что вы предлагаете делать?

– Да угомонись ты, думаешь я тебя просто так позвал?

* * *

Итак, подводя итоги, я переродился и причём далеко не в своём мире. Наверно. Сейчас я простой новорожденный ребёнок, которого закутали в пелёнки так, что пошевелиться я не смог бы даже имея взрослое тело. Положение несколько… затруднительное. Думаю, кто угодно оказался бы в растерянности от подобного.

Меня напоили какой-то красной жидкостью, по вкусу напоминающей компот и положили обратно.

Был ли я рад новому второму шансу? Честно, мне до сих пор поверить в произошедшее крайне трудно. Вы скажете: «Радуйся, сможешь прожить ещё одну прекрасную жизнь!» Но, вот что мне делать конкретно сейчас? Ничего? А через час? А через два? А завтра? А после завтра?

Пока я буквально связан по рукам и ногам и изменить как-либо текущий статус трудно. Но, я хотя бы должен постараться.

Несколько часов прошли в попытках раскачать пелёнки и перевернуться – всё же деревянный потолок и люстра, единственные предметы перед моим взором, не давали много информации об этом мире. Мои новые родители вроде как спят, поэтому притворяться новорожденным мне не надо абсолютно точно. Правда, все мои усилия помогали слабо – максимум, на который я был сейчас способен – раскачиваться в пелёнках из стороны в сторону, без каких-либо надежд на изменение положения. Я не знаю, как должны выглядеть обычные пелёнки, но конкретно эти совсем не подходили для того, чтобы в них кататься.