– Скотина! Чудовище! Ненавижу! – сжав кулачки, крикнула Лана, когда дверь захлопнулась за Валиевым. – Ненавижу… – уже тише прошептала и без сил упала на небольшой кожаный диванчик, стоящий посередине комнаты.

Слёзы снова брызнули из глаз, и девушка, уткнувшись лицом в мягкую гладкую кожу дивана, громко завыла в голос, чтобы хоть на немного стало легче. Она не понимала, почему муж себя так с ней ведёт. Если он захотел жениться, значит любит, а если любит, то должен же пытаться завоевать её сердце, а не пугать и унижать!

Быть брошенной в первую брачную ночь пусть даже нелюбимым мужчиной оказалось очень тяжёлым испытанием для Ланы. Ей было обидно, она хотела домой, хотела хоть какой-то поддержки и чьего-то крепкого заботливого плеча.

– Лана, прошу Вас, не стоит так убиваться. Всё наладиться. Пойдёмте, я покажу Вам вашу спальню, – тихо сказал Фёдор и слегка коснулся дрожащей от рыданий спины девушки.

Несчастная подняла голову и посмотрела на мужчину, в глазах которого она отчётливо увидела сожаление и жалость. От этого стало ещё хуже, и Света, закрыв лицо руками, взвыла ещё громче, не стесняясь и не думая о том, что о ней может подумать прислуга.

– Идемте, – уже более настойчиво сказал Фёдор и потянул девушку за локоть, заставляя её подняться на ноги.

Она словно безвольная кукла послушно встала и поплелась следом, ощущая внутри пустоту. Мысли, что она не нужна даже мужу, который её купил, сводили с ума, а тоска по Алексею выжигала сердце. Не обращая внимания на слова мужчины, который старательно и воодушевленно рассказывал ей о доме, девушка просто шла, слегка качаясь из стороны в сторону и желая как можно скорее провалиться в сон и желательно вечный.

– А это ваша спальня. Здесь есть все необходимые вещи, если понадобиться что-то ещё, скажите, и это тут же доставят, – вежливо сказал управляющий и жестом руки пригласил Лану войти в комнату, которая по размеру была чуть меньше, чем весь дом , где она жила с родителями и сестрой.

Большая кровать посередине, застеленная нежно-кремовым шелковым покрывалом; множество подушек разного размера и формы, которые придавали теплоту этому огромному ложу; большое окно с балконом, завешенное бежевыми шторами, сшитыми из легкой почти невесомой ткани – вся эта обстановка была непривычно шикарной, но при этом вполне уютной. Слева от кровати у самой стены стоял красивый туалетный столик, полностью заставленный разными баночками и флакончиками с косметикой и парфюмом. Небольшая тумбочка-пуфик рядом. С другой стороны расположился шкаф, точнее назвать это просто шкафом у девушки бы не повернулся язык, скорее целая гардеробная, открыв которую, Лана ахнула и прикрыла рот ладонью.

Вокруг Светы было столько вещей, обуви, сумочек и много всего прочего, что у неё зарябило в глазах. Она не могла поверить и понять, зачем одному человеку столько одежды, пусть даже и девушке. Когда Света немного пришла в себя, то обратила внимание на то, что вокруг вещи только для неё и ни единого намёка на присутствие Александра.

– Это спальня… – начала она, но запнулась, не зная, как правильно задать вопрос.

– Это ваша спальня, – кивнув, подтвердил Фёдор.

– А Александр? – не веря собственному счастью, переспросила Лана, понимая, что готова благодарить небеса за подаренный ей островок свободы, пусть и в огромной клетке.

– У Александра Дмитриевича своя отдельная спальня. Я никаких указаний не получал, значит пока всё остаётся без изменений.

Девушке хотелось обнять Фёдора, попрыгать, хлопая в ладоши, а ещё сказать громко «спасибо», но она сдержала свои эмоции при себе и лишь смущённо улыбнулась.

– Спасибо, Фёдор. Теперь я хотела бы побыть одна, – спустя пару минут произнесла Лана и слегка покраснела, чувствуя себя неловко во всей сложившейся ситуации.

Дома она и слова против не могла сказать родителям или сестре, не то, чтобы что-то просить или командовать, а сейчас перед ней стоял взрослый мужчина, почти ровесник её отца и, слегка склонив голову, ждал указаний. Света поняла, что подобное напрягает, и в будущем она постарается избегать всяческого общения с прислугой, чтобы не унижать себя в их глазах, но и не отдавать приказы, потому что в этом огромном холодном доме она никогда не станет хозяйкой.

Когда Света осталась, наконец, наедине сама с собой, то закатывая от наслаждения глаза, скинула с себя свадебное платье, отшвырнув его ногой прочь, даже несмотря на его тяжёлый вес. В гардеробной девушка не нашла ничего похожего на пижаму или ночную сорочку. Надевать что-то из множества прозрачных и почти ничего не прикрывающих пошлостей совершенно не хотелось, поэтому выбор пал на длинный махровый халат, который висел в ванной комнате.

Почувствовав себя заново родившейся после того, как смыла с себя всю косметику, девушка набрала горячей воды в ванную и просидела там, пока она не стала прохладной. Обтерев тело и закутав его в выбранный халат, Лана забралась под покрывало, свернулась калачиком и постаралась побыстрее заснуть, чтобы этот ужасный день, наконец, закончился, хотя было ясно, что следующий день так же не принесёт ничего хорошего…

Александр вернулся домой, когда на улице уже зарождался рассвет. Голова гудела от алкоголя и усталости, а в паху побаливало от огромного количества разнообразного секса. Что бы мужчина ни думал про женщин с эскорт услуг, но дело они свое знали на пятёрку с плюсом.

Приняв прохладный душ, Валиев обернул свои бедра полотенцем и, слегка пошатываясь, направился в спальню к своей жене, чтобы проверить, как она обустроилась и не вздумала ли сбежать. Далеко девчонке, конечно, не уйти, но лишние трепыхания с её поисками совершенно не привлекали Александра. Он даже не знал, как долго продлится его брак, и возможно, маленькая Лана уже через пару дней вернётся в своё захолустье, но главным во всем этом было то, что он сам должен её прогнать, должен захотеть избавиться от навязанного общества, и её мнение совершенно не в счёт, поэтому она должна тихо сидеть и ждать «милости» своего мужа.