Однако, с доски объявлений лист так и не убирали.

Мне даже любопытно стало, что за такая грамотка?

«… работники больницы обязаны подчиняться всем законным распоряжениям лиц, несущих ответственность за правильное ведение дел в учреждении, в случаях, вызывающих сомнения в отданным администрацией распоряжениях, работники, не приостанавливая распоряжения, должны заявить в соответствующую союзную инстанцию (месткому или делегату). Возложение администрацией на рабочих и служащих каких–либо служебных обязанностей в свободное время от работ, а также в выходные дни, не допускается. Работники губбольницы не могут быть использованы администрацией для личных услуг и поручений».

Тут я на себе чей-то взгляд почувствовал. Кого-то моя персона сильно заинтересовала.

Стекло доски объявлений за моей спиной никого не отражало.

Интересненько…

Глава 8 Как меня задумали полечить

Оборачиваюсь — никого.

Кто же на меня тогда весьма пристально смотрел? Почудилось?

По окнам больничного здания глазами пробежался. Опять же — пусто, только на утреннем солнышке стекла поблескивают.

Дела… Пора током мне лечиться…

Я ещё немного погулял по территории теперь уже народной губбольницы Вятского губздрава, ранее — больницы губернского земства. Даже через Московский тракт перешел и рядом с павильонами психиатрической лечебницы прошелся. В барак, где я в своё время трудился, заходить не стал. Вряд ли там что-то изменилось. Если заглянуть, даже можно и знакомых пациентов из числа неизлечимых хроников встретить. Куда им деваться? Они там долгие-долгие годы под наблюдением могут находиться. Что при императоре Николае Александровиче было, то и сейчас при советской власти осталось.

Так, а что это дверь в барак открыта? Совсем не порядок! Разбаловались тут они без Спиридона Спиридоновича! Что, послабление от рабоче-крестьянской власти объявили в лечебно-охранительном режиме при пользовании умом скорбных?!

Разбегутся пациенты, а потом лови их по городу или в полях-лесах. Причем, не все они и безобидные. Могут некоторые и плохого наделать. Не со зла, а из-за своей болезни.

Тут мне со спины по голове и прилетело. Не полотенцем мягоньким, а чем-то твёрдым. В который уже раз таким образом белый свет в моих глазах выключили.

Что всё по голове-то? Других частей тела не нашлось?

Через какое-то время сознание ко мне вернулось, а вот возможность смотреть глазами — нет. Какой-то вонючей тряпкой мои глазоньки были завязаны. Так ещё и конъюнктивит заработать можно! Что, чистенькой тряпицы не нашлось? Никакого понятия о гигиене органов зрения не имеется?

Руки? Связаны.

Ноги? Та же ситуация.

На чем-то похожем на стул сижу.

Это, что всё значит? Как-то совсем не хорошо встречает меня Вятка…

Сыростью ещё тянет. Гнилью какой-то.

Одно радует, что не в гробу очнулся. Про подобное я как-то слышал.

Так, со слухом у меня что? Вроде — нормально. Даже шепоток какой-то слышу.

— Он?

— Он.

— Точно, он?

— Точно.

Тот и другой голос совершенно без эмоций. Вопросительные интонации я больше даже не слышу, а сам додумываю.

— Точно-точно?

— Точно-точно.

— Хорошо.

— Хорошо.

Голоса глуховатые, бесцветные, слова несколько тянут.

— Младший надзиратель наш.

— Палатный.

Стоп. Третий голос появился.

Я даже не заострил внимание на том, что меня кто-то как младшего палатного надзирателя опознал. Да, был я в такой должности, но сколько уже с того времени минуло…

Интересно, сколько их всего?

Понял я уже, что это тутошние пациенты психиатрической лечебницы. Как раз те, что из нехороших. Болезнь в них сидит и правит, на плохое толкает…

Что они удумали? Явно, не завтраком накормить меня желают.

— Вы бы развязали меня, — подал я голос.

— Ожил, — констатировал факт первый голос.

— Быстро, — вступил в разговор второй.

— Нет, — проявил себя третий.

Что — нет? Небыстро в себя я пришел? Или, это — отказ меня развязать?

Скорее — второе.

— Развяжите, пожалуйста, — вежливо попросил я.

— Нет. Сейчас твой ум больной будем к жизни возвращать.

Меня аж передернуло. Во врачей они поиграть задумали!

Тут мне в голову анекдот пришел, ещё дома слышанный. Сидят де трое в палате и спорят, кто такой врач. Один говорит — у кого халат белый. Второй — что не просто халат, а именно с короткими рукавами, не с длинными и не на завязках. Третий имеет своё мнение — не просто халат, а такой, в кармане которого ключ от дверей лежит. Вот эти гаврики сперли ключи и сейчас себя врачами посчитали. Мой ум больной решили к жизни возвратить.