Нытик отпрянул назад от удивления, очки свалились с него на землю, обнажив огромный красный синяк под глазом:

— А ты что здесь делаешь? Тебя ж папа ищет, твой папа!

— Мой папа здесь?! — изумилась Женя.

— Конечно уже несколько дней, устал сугробы разгребать, чтобы тебя отыскать! Пойдeм, я тебя к нему отведу.

— Мы не можем, — Наташа выступила вперeд, помахивая хвостом, — И ты тоже. Сейчас революцию сделаем и тогда идите куда хотите.

— Вообще-то я обещала, — опустив глаза, сказала Женя.

— Ладно, — недовольно пробурчал Нытик, — Пошли делать вашу революцию.

— Не пошли, а полетели, — также недовольно ответила Наташа, — Смотри как кобениться. Даже можно подумать, что не идейный. Как с такими революцию делать!

— Да идейный я идейный, — закатил глаза снежок, — Времени просто мало, а дел много.

— Тогда чего сидишь? Полезай на спину моему брату.

Снежок запрыгнул на спину к рыжему спаниелю и ухватился за шерсть. Женя уселась на Наташу. Летающие спаниели привели в движение хвосты. И поочерёдно взмыли в воздух.

Быстро как ветер, они полетели между жителями и машинами по улице, временами взмывая выше домов. Спустя несколько минут летающие собаки приблизились к главной площади Вике.

Главная площадь Вике была окружена со всех сторон правительственными зданиями. Большая часть сооружений представляла собой пятиэтажные дома по форме напоминающие чашку без ручки. Причудливые старинные орнаменты в виде снежинок самых разных размеров и цветов, а также мифических существ смесь людей, снеговиков, сосулек были повсюду на фасадах.

Внизу на площади стояла большая толпа людей, горланящая:

— Хотим как в Камерии! Хотим как в Камерии. Бей снежалей, никого не жалей!

Протестующим противостояла полиция в голубых мундирах в красных шлемах. В руках полицейских были прозрачные щиты и резиновые дубинки.

Летающие спаниели приземлились на крыше одного из зданий расположенных прямо между противоборствующими сторонами:

— Слазий, — сказала Наташа Жене.

Девочка соскочила со спины летающей собаки:

— И что мы теперь будем делать?

— Пока мы будем ждать, — сказала Наташа, подходя к краю крыши, и с любопытством наблюдая за происходящим.

— Ну, можно и подождать, — сказала Женя, встав рядом со своей подругой.

Через пять минут Наташе позвонили по телефону. Девочка-спаниель внимательно выслушала кого-то и, отложив трубку, произнесла:

— Тут где-то должны быть камни.

Всё начала вертеть головой:

— Вот они, — указывая на кусок старого ржавого железа, сказал брат Наташи.

— Так, посмотрим, — стаскивая лист с у груды щебня, произнесла девочка-спаниель, — Ага! Это точно они! Набирайте камней побольше и несите к краю крыши!

Когда большая часть кучи была сложена поблизости от края дома, Наташа сказала:

— Ты Нытик с моим братом бросайте камни в полицию. А мы будем кидать в демонстрантов.

— Зачем, — удивилась Женя.

— Так камериканка говорит, — махнула лапой Наташа, — Ну нужно так, для демократии!

В это время снежок, что есть силы, швырнул камень в толпу полицейских. Один из охнул, потирая ногу. Командир полицейских обернулся и крикнул:

— Не поддавайтесь на провокации!

Наташа прицелилась и кинула булыжником в толпу протестующих. Брошенный снаряд угодил прямиком в худую сосульку в сером спортивном костюме. Сосулька взвизгнула и закричала:

— Произвол! Полиция бросает в нас камни!

— Тише! — крикнул высокий снежный человек средних лет, разведя руки по сторонам, — Мы мирная демонстрация! Не нарушайте закон!

— Вот ведь какие неактивные! — раздражeнно произнесла Наташа, наблюдая за происходящим, — Никак не хотят революцию делать! И полицейские то же мне защитники власти! Их забрасывают камнями, а они ноль внимания!

— Да, с таким народом демократии не будет, — подытожил Нытик и крикнул, — Кидайте больше камней и в тех и других!

С крыши полетели щебень и куски кирпичей. Со стороны полиции и демонстрантов послышались стоны и крики возмущения. Каждая сторона обвинила другую в бесчинствах и провокациях.

— Может всe таки не стоит кидаться? — держа кусок кирпича в руке спросила Женя, — Им же больно!

— Ты за демократию? — спросила Наташа.

— За демократию, — тяжело вздохнула Женя.

— Тогда бросай! Революции без жертв не бывает! И знаешь что, кидай вон в того, который не хочет революцию делать и другим не даeт!