Она снова открыла часть карт и ужаснулась:

— Война, смерть, убийство. И всё вертится вокруг тихого места… Возможно, дом, который ты будешь посещать. И снова выпали три меча с указанием на вот эту фигуру! — показала Айрэнн ничего не значащие для меня карты. — Клот, опасайся тихого снаружи места и трёх людей. То есть если с тобой познакомятся или ты встретишь трёх людей одновременно — от них тебе грозит что-то очень страшное.

— Трое людей? — задумчиво переспросила я. — Но я каждый день вижу группу из троих людей! Например, когда иду по улице. Или, когда, допустим, к нам приезжают гости — семья из трёх человек. А если я гуляю со своими друзьями, нас уже трое!

— Я не могу сказать тебе точно. Вероятно, это три незнакомых человека, которые могут обратить на тебя повышенное внимание, — проговорила сбивчиво Айрэнн.

— Всё ясно, что ничего не ясно, — пожала я плечами.

— Ну а в целом, всё закончится благополучно, — Айрэнн завершила расклад. — Снова с тобой будет твой наставник.

— Но у меня нет никакого наставника, — возразила я удивлённо.

— Карты говорят, что есть, — слегка улыбнулась Айрэнн и убрала карты.

Я задала вопрос, который меня заинтересовал:

— Айрэнн, как ты относишься к мистике?

— А что ты имеешь в виду под мистикой? — спросила Айрэнн, уточняя.

— Ну… — я немного растерялась, стараясь сформулировать вопрос. — Книги там разные, про летающие тарелки, призраков читаешь? Увлекаешься?

— Зачем? Всё, что пишут в газетах, заблуждения массы для масс. На самом деле всё совсем по-другому, — проговорила Айрэнн и тут же замолкла, оробев видимо от того, что высказала своё твёрдое мнение.

Я зацепилась:

— Что значит — по-другому?

— Другие тайны, другие законы. Вот ты говоришь — летающие тарелки. На самом деле никаких тарелок нет. То есть, они есть, но они не имеют никакого отношения к другим планетам. Они прилетают не с других планет, — заговорила Айрэнн оживлённо.

И я поняла, что ей далеко не безразлична эта тема, но до сего момента в окружении Айрэнн не было ни одного человека, с кем бы она могла поговорить по ней.

— Откуда же они прилетают? — спросила я.

— Из других миров.

— То есть из параллельных? — пояснила я.

— Да, это слово ближе объясняет то, что есть на самом деле, чем такие слова как «инопланетяне» и «братья по разуму из другой галактики».

— Но ведь среди гипотез НЛО есть группа этих гипотез, объясняющих, что НЛО — это транспортные средства из параллельных миров! — заметила я.

— Люди никогда не поймут, что такое НЛО. Это тайна для большинства. А про привидения вообще разговор отдельный.

— Откуда ты знаешь? Тебе об этом тоже бабушка рассказывала?

— Да, — кивнула Айрэнн и улыбнулась. — Моя бабушка очень мудрая. Она разбирается во всём без книжек и газет.

— Но откуда? — удивилась я.

— Моя бабушка считает себя дальним потомком друидов, — заявила Айрэнн.

— Она выстраивала генеалогическое древо? — пояснила я.

— Не совсем. Сны, память поколений, погружение в особое состояние сознания. Ты, наверное, про это знаешь. В молодости моя бабушка пережила состояние клинической смерти и проспала неделю в коме. Её чудом не похоронили заживо. Когда она очнулась, она рассказала, что была в мире, совсем не похожем ни на рай, ни на ад, ни даже на то, что любят описывать — про свет в конце тоннеля. Она рассказала, что была на поляне с цветами, и общалась с кем-то. Этот кто-то ей многое говорил про миры, про то, что означают разные чудеса, которые творятся. Моя бабушка никому, кроме меня, про это не говорила. Когда она рассказала мне, она знала, что я поверю. Тебе я тоже рассказываю, потому что я вижу, что ты веришь, — несмело улыбнулась Айрэнн.

— Я верю в очень многое, даже, пожалуй, в то, во что верить не следует, — проговорила я. — А где сейчас твоя бабушка?

— Она живёт за городом. Летом я раньше часто у неё бывала. Но этим летом мама решила, что мне лучше будет в городе, ну и чтоб языком занималась, не забрасывала, — призналась Айрэнн с грустью.

— Почему же мама тебя не отпустила к бабушке? Ты же хотела!

— Моя мама с ней поссорилась. Я очень переживаю по этому поводу, хоть эта ссора совсем не касалась меня.

Какая бездушная, оказывается, госпожа Бенинг! Её дочь страдает от отсутствия друзей и неуверенности в себе, а она лишает её единственного счастья — общения с любимой бабушкой!

— Я уверена, что всё образуется, и ты ещё съездишь к своей бабушке в гости, — стараясь подбодрить её, сказала я.

Айрэнн лишь улыбнулась и слегка вздохнула. Мы с ней выпили чаю, посмотрели книги и поиграли в приставку. Расставаться было грустно, с каждой встречей мы всё сильнее привязывались друг к другу. Назавтра мы договорились пойти в парк.