Обслуживание тут оказалось быстрым и четким. Мгновенно были принесены соки, через четверть часа основное блюдо, а после и кофе с теми самыми пирожными.

—Баранина просто великолепна. Тает во рту и жареная, и тушеная, и вкус правильный. Натурально «курдючный», как говорят на нашем юге. И овощи хороши. — Оцениваю наше пиршество я и спрашиваю у Володи:

—Ну как, вкусно?—

И тут же слышу ожидаемый ответ:

—Да, просто великолепно. Я теперь знаю, что заказывать в испанских ресторанах. — Говорит он и девчонки смеются в ответ на это заявление.

—Испания большая и тут в каждом регионе своя кухня. Так только в Бургосе готовят — Говорит Долли, а Лусия согласно кивает.

Я улыбаюсь им и отвечаю:

—Ну приедете к нам, я Вас в Москве накормлю не хуже, есть у нас кавказские рестораны, они любят и умеют готовить баранину.—

Долли тут же «хватается» за произнесенную фразу и переспрашивает с явным ожиданием в глазах:

—Ты приглашаешь, Даниил?—

И напряженно смотрит на меня.

—Да, Долли, я приглашаю. Всегда и в любое время. Мой дом, твой дом, милая. — Говорю я и понимаю что попал, а потом:

— Ну ладно, я не против и Светка поймет, надеюсь. — Понимаю я и тут же как будто прислушиваюсь к себе и своей Судьбе:

—Поймет, точно поймет. — Решаю я безапелляционно и ловлю обрадованную и невероятно счастливую улыбку милой Долли.

— За эту улыбку, многое можно отдать. — Уже окончательно понимаю я и тут масла в огонь подливает Лусия.

Она следует примеру сестры и спрашивает у своего кавалера:

—А меня, а меня?—

И Володя не задумываясь повторяет мою формулу:

—Конечно, Люсия. Я буду рад тебе всегда. Мой дом, твой дом.—

И тут же купается в ответных ласковых взглядах, пожатиях рук и даже поцелуях украдкой.

А охрана сидит и посмеивается, гладя на все это.

И пирожные с кофе под конец наших посиделок только усиливают тот самый «градус счастья»…….

____________________________________________________________

— Ну вот, мы уже и в гостинице. — Думаю я. — Теперь собраться и в путь.—

И мы разбегаемся по номерам, часик передохнуть и общий сбор в фойе гостиницы.

—Знакомый коридор, знакомая дверь и такие знакомые ощущения. — С немного нервным смехом думаю я и открываю дверь резким рывком.

А дальше следует нырок в комнату, перекат и вот я уже, стою в центре комнаты с двумя, теми еще, трофейными клинками в руках. А напротив очередная пара испанских идальго. И у их тоже в руках стилеты.

—Танец, начинается смертоносный танец. — Думаю я и начинаю, произнося по-русски:

— Белый танец, дамы приглашают кавалеров. Я не дама, но мой ход первый.—

И начинается, наработки неизвестно какого века против испанской школы клинкового боя. Испанская школа сильна, только вот они с таким не сталкивались и в паре работать не приучены, это особый навык, а так получается, они друг другу только мешают, ограничивая движение и создавая эффект ложной безопасности со стороны партнера.

Правый от меня соперник делает выпад, я уклоняюсь, ухожу вперед и вправо и оказываюсь за ним. Левый меня в этот момент фактически не видит и для него слева полная безопасность, ведь там партнер. Мозг еще не успел обработать изменившуюся диспозицию, а я уже коротким движением руки мечу клинок с трех метров в того самого левого. Он как-то удивленно смотрит на новое украшение, появившееся у него в боку и беззвучно валится на пол.

—Один готов и теперь один на один. — Думаю я и снова включаюсь в танец с первым противником.

Тот похоже осознал, что остался один на один со мной и уже вроде собирается сбежать, благо дверь за спиной. И тут неожиданный подарок, я спотыкаюсь и почти падаю на колено, а он тут же реагирует и следует резкий выпад, который я спокойно пропускаю справа от себя, добавляю инерции и контроля правой рукой, он проваливается и получает удар клинком в правый бок.

— И второй готов. — Понимаю я, потом присматриваюсь и понимаю, они оба почти готовы, но еще живы.

— А мне лишние разговоры не нужны. — Решаю я и двумя короткими ударами разбиваю кадыки, обоим нападавшим.

—Вот теперь все. — Думаю я, глядя на затихшие на полу тела. — жестоко? Может, но я не собираюсь оставлять за спиной опасность. Они и дальше будут просто умирать, ту кто пойдут против меня и моих близких.—

И я подхватываю свои вещи и выхожу в коридор, а затем лестница и вот оно, то самое фойе. Наши уже тут, я подзываю куратора и объясняю ему обстоятельства, а он только кивает головой и исчезает, вместе с помощниками. Еще десяток минут, некоторое количество денег и связей и трупы «уходят» в ближайший переулок, а мы в машины, вместе с подошедшими Рамиресами и дальше до Сарагосы.