Разворачиваюсь, и красиво (я на это надеюсь) иду к своему байку, попутно надевая шлем. Завожу мотор, и плавно стартую с места, держа путь домой. И хотя я и целовалась со своим врагом, почему-то всё ровно чувствовала себя победителем..

Глава 9. Пари

Глава 9. Пари

Эля.

– Ну и где ты была?
– тихо войти в квартиру не получилось. Макс сидел на кухне, и видимо всё это время ждал меня.
– Я звонил. Ты не брала.

– Каталась.
– пожимаю плечами, проходя мимо к гарнитуру. Наливаю стакан воды, выпиваю.
– Не нужно так за меня переживать. Ты же знаешь, я хорошо езжу.

– А что с лицом? Твоя помада..
– трогаю щёку пальцами, замечая, что размазала макияж. Вероятно когда этот олух засовывал в меня свой язык.
– Опять ела дорожную пищу?
– предлагает решение моего напрягшегося зада за меня.

– Опять.
– улыбаюсь, отмахиваясь.
– Спокойной ночи, Максимка.
– подмигиваю, издеваясь и ухожу в свою комнату.

Дааа.. моя жизнь быстро изменилась. Быстро перестроилась из каждодневного затворничества в насыщенную, когда у меня совсем нет времени находится дома.

Быстро принимаю душ, и укладываюсь спать с кучей мыслей о том, как же мне решать свою проблему с властью в офисе. Как перетянуть её на себя, или хотя бы разобраться в делах, чтобы я могла хотя бы достойно работать.

Утром первым делом отправляю папе деньги прикрепив смс:"Папуль, это тебе на месяц. Если перестал обижаться, позвони мне. Люблю тебя."

Снова освежаюсь под прохладной водой и укладываю волосы в голливудскую волну. В этот раз выбираю светло-голубой брючный костюм и белый кружевной топ. Брюки прекрасно выделяли попку, делая её ещё более округлой, топ добавлял утончённости, а оверсайз пиджак придавал образу нужную строгость. Лодочки на высоком каблуке, и клатч подстать их цвету. Макияж не яркий, еле заметный.

– До вечера, красотка!
– Макс снова проводил меня до самого кабинета, кажется ещё больше раздражая и так раздражённого Станислава Викторовича.

– До вечера, красавчик!
– Мажу друга по щеке, перед выходом ещё смачно шлёпнув по упругой заднице, обтянутой синими джинсами.
– Доброе утро, Грачёв!
– улыбаюсь, грациозно семеня к своему креслу.
– Ой, пардоньте! Станислав Викторович..

– Когда ты поймёшь, что твоё решение продолжать управление этой фирмой вместо отца крайне провальное?
– вдохнув как можно больше воздуха спрашивает Стасик, пытаясь меня задеть. Что, естественно, у него не получается.

– Ммм.. дай-ка подумать..
– делаю вид, что действительно задумываюсь.
– Примерно.. никогда.
– улыбаюсь, и открываю ноутбук.

– Ты же ничего не умеешь, двадцать первая.
– цедит, напоминая о вчерашней гонке.

– Научусь, мужчина в вечную победу которого я никогда в жизни не поверю..
– фыркаю, кривляясь. Не на ту напал, упырь! Меня не пальцем делали!

– Хочешь проверить?
– зубы скрепят, и в моём животе появляются чёртовы бабочки. Мне действительно нравится то, как он выходит из себя. В какой-то степени наши перепалки являются привлекательными для моей внутренней медузы Горгоны.

– Боже упаси! Мне что, тринадцать по-твоему? Я такими детскими вещами уже давно не занимаюсь.
– открываю имейл, довольно лыбясь. Официальный запрос в архив и бухгалтерию сработал на ура. У меня теперь есть вся информация о финансах и делах Зевса. Осталось только понять что к чему.

– А какими вещами ты занимаешься?
– резко разворачивает моё кресло, и притягивает к себе, так что мои колени оказываются между его.
– Взрослыми?
– наклоняется совсем близко, и я практически чувствую его дыхание на своих губах. Смотрит глубоко в душу. Уверенно и дерзко. Моё сердце непроизвольно начинается выстукивать что-то на азбуке морза, но я к сожалению её не знаю. От него пахнет горьким шоколадом и бергамотом, и этот запах знатно кружит мою голову. Он мне нравится. Безумно нравится.
– Отвечай, Дюймовочка?

– Руки убрал..
– рычу, только сейчас заметив, что всё это время задерживала дыхание.
– Убери, или сядешь за харассмент!
– Жадно хватаю воздух, агрессивно скидывая его культяпки со своих бёдер.

– Попробуй.
– ухмыляется, мгновенно перенося ладонь к моему горлу немного сжимая.
– Ты думаешь я не трахну тебя?

– Я в этом уверена.
– смотрю в глаза, стараясь не показывать свой страх, и унять взявшуюся из неоткуда дрожь.