— Смущаешься?! Перестань, мы же на «ты»… – с этими словами он слегка подкинул меня на руках, и я оказалась в такой близости от его губ, что стало нечем дышать. Изворачиваясь, опять уткнулась в шею и пробормотала:

— Ну, не настолько!

— Очень жаль, – бросил мужчина, усаживая меня на переднее сидение своего автомобиля.

Окончательно обалдев, я застонала, уставившись на закрытую под самым носом дверь.

Все это, конечно, было очень интересно и волнующе, вот только…

— Милана?

— Да?

— Скажи честно, твой муж…

— Бывший муж, – перебила я Авдеева.

— Хорошо. Бывший муж, он как-то причастен к твоим травмам?

Тю, ты блин! А я уже успела надумать… Что?! Так, Мила, давай заканчивай с ненужными выводами!

— Травмами? – глупо переспросила.

— Да.

— Да нет никаких травм! То есть все на самом деле нелепая случайность…

— Ага, и муж бывший, – быстро добавил он, – пополам сгибался тоже по случайности.

— Это как раз была не случайность, а вполне себе намеренные действия. Пришлось ему хорошенько врезать, чтобы дистанцию соблюдал.

Кажется, я услышала, как скрипнули его зубы. Хотя, может, показалось. А вот руки сильнее сжали руль, так, что костяшки побелели.

— И такое бывает? – ложно-спокойные нотки его голоса не смогли обмануть. Авдеев злился.

— Впервые, – бросила я.

— Странные у него намерения после развода, – продолжил мужчина, невзначай иногда посматривая в мою сторону.

— Самые обыкновенные. Увидел соперника, и, как говорится, Остапа понесло!

Спохватившись, я быстро затараторила, поняв, что только что сказала:

— Ну, он же не знает, что вы, блин, то есть ты не со мной! Точнее, что ты женат! Нет! Ну, что мы не пара! Вот! Так будет правильно. Точно, именно так! – выдохнула я, краснея до корней волос. Вот это наплела, без ста грамм не разберешься.

— Не уверен, – бросил Авдеев, резко тормозя возле здания травмпункта.

Глава 6

Не уверен! Что за черт, и почему с этим хвостатым так сложно?! Ну неужели тяжело нормально изъясняться?!

— Милана, ты так смотришь, будто самого рогатого увидела.

Скорее хвостатого! – подумала и порадовалась, что Боженька умом наградил, и я промолчала. А то что-то в последнее время постоянно несла какую-то чушь.

— Прости, задумалась обо всей этой глупой ситуации.

— Ну, почему глупой?! Так понимаю, муж не совсем бывший…

— Нет! – вскрикнула я и прикусила губу.

Авдеев вопросительно вскинул брови, а я быстро затараторила: — Вазу разбитую не склеишь! Как бы он этого ни хотел. Опять же, мне кажется, это обычная, хотя нет, не обычная, а, скорее, эгоистичная ревность!

— Ревность бывает эгоистичной? – заинтересованно уточнил мужчина.

— По-моему, ревность бывает абсолютно разной. От эгоистичной до больной. Он же как собака на сене. Сам не знает, чего хочет. Эгоист. Увидел рядом со мной интересного мужчину, и вот его эго и проснулось.

— Интересного мужчину? – бровь взметнулась еще выше.

— Ну да, – растерянно пробормотала я, – а разве нет? Хотя не стоит больше об этом, может, уже поедем в травмпункт? Мне бы дочурку успеть со школы забрать. И с машиной надо решать….

— Я все решу, не переживай.

И все, больше ни слова. Просто заглушил мотор шикарного автомобиля и вышел наружу. Обошел вокруг и открыл дверь. Понимание того, что он сейчас опять возьмет меня на руки, взволновало, и я заерзала на сиденье.

— Может, это, я как-то сама, а то люди подумают, Бог знает что, – пробормотала неуверенно.

— Что?

— Ну, не знаю…

— Ну, раз не знаешь, – наклонился он, чтобы меня взять на руки, а я быстро выкрикнула:

— Тогда каталку или, как его там, кресло… Черт! Неудобно же…

Авдеев задумчиво уставился на меня и как-то неуверенно спросил:

— Тебе некомфортно на руках или больно?

— Да нет! – возразила я с запалом. — Просто люди…

— Милана! Мне плевать, что подумают какие-то там люди! – и с этими словами он осторожно взял меня на руки.

Гром и молнии! Я сходила с ума от его близости. Каждая моя клеточка буквально кричала от наслаждения. Хотелось большего. Намного большего! Этот запах, эта мощь… Еще немного – и могла лишиться чувств от желания, которое пронзило позвоночник. Дыхание сбилось, словно это я тащила его на руках. Мне стало совершенно нечем дышать, так как его запах вместе с дорогим парфюмом, казалось, въелся под кожу и заполнил собой легкие.