Ожидаемо, когда атакующий вал приблизился к созданным магией изменения баррикадам, ящеры распахнули зубастые пасти, готовясь снести преграду электрической атакой. Зориан поспешно перехватил контроль и заставил монстров развернуться друг к другу — гроздья молний ударили в чешую. Крошечные мозги чудовищ затопила ярость, они становились и зарычали один на другого, слишком тупые, чтобы заподозрить внешнее влияние. Зориан не упустил этот шанс, усилив их гнев и подтолкнув к схватке, два огромных монстра сцепились.

К чести остальных захватчиков, они просто обежали сражающихся исполинов, не пытаясь вмешаться. Начался бой за академию.

Зориан пораженно оглядывал усыпанную телами площадь. С начала петли он успел поучаствовать во многих битвах, но в столь масштабных — никогда. Бой, едва начавшись, превратился в кровавый хаос, и даже сейчас Зориан не до конца понимал, что здесь произошло.

Они победили, отбросив захватчиков — лишившись значительной части чудовищ, ибасанские маги предпочли отступить — но они потеряли много больше, чем Зориан мог себе представить. Он и сам в какой-то момент был со всех сторон окружен зимними волками и выжил лишь благодаря пяти ударным жезлам, что он тайно пронес на танцы. Ну, и благодаря своевременному прибытию Кайрона с подкреплением, оттеснившего врагов.

Он чуть не подпрыгнул, когда чья-то рука тяжело легла ему на плечо, и едва не ударил назад пронзающим снарядом, но успел понять, что это всего лишь Кайрон.

— Так это ты всю битву влезал в мозги крупных тварей? — спросил профессор боевой магии.

— Угу, — пожал плечами Зориан. В самом конце цикла можно было не беспокоиться о своих секретах. — Я счел, что это самое эффективное, что я мог сделать.

— Ну, тот летающий дрейк изжарил бы Нору живьем, если бы ты не воткнул его в землю, за это спасибо. Хотя нам еще предстоит серьезно поговорить о том, где ты этому научился и что ты можешь…

— Ха, — фыркнул Зориан. — Боюсь, слишком поздно.

— О? — со смесью угрозы и любопытства спросил Кайрон.

— Да, — подтвердил Зориан. Он еще раз посмотрел на часы. Два тридцать девять ночи. — Боюсь, этот цикл уже закончился.

Пару мгновений Кайрон молча смотрел на него, потом открыл было рот… Но прежде, чем он произнес хоть слово, все погрузилось во тьму, и Зориан проснулся в Сирине, готовый начать месяц заново.

Начало нового цикла мало чем отличалось от предыдущего — он точно так же сел на поезд вместе с Кириэлле, развлек ее магическим представлением и подредактированным (и весьма приукрашенным) рассказом о своих похождениях, и даже немного поговорил с Ибери. Впрочем, именно что немного — в этот раз он не заинтересовал девушку, успев закончить представление до Корсы и не демонстрируя ничего необычного в ее присутствии.

— Вот мы и на месте, — утвердившись на перроне, Зориан помог Кириэлле вытащить ее сумку из вагона. Забавно, но она настояла, что сама понесет свои вещи; впрочем, из прежних циклов он знал, что ее решимости не хватит надолго. Что же, пусть пока что делает, как хочет. — Добро пожаловать в Сиорию, драгоценнейшая сестра.

— Как будто у тебя есть другие сестры, — огрызнулась она, оглядывая исполинский вокзал.

— Тогда ты знаешь, что я говорю правду, — с серьезным видом ответил Зориан.

Кириэлле проигнорировала его, разглядывая цветастые вывески, огромные часы, висящие под сводом вокзала, и толпы людей, спешащих во всех направлениях. Сказать по правде, она держалась куда лучше, чем сам Зориан, когда он впервые приехал в Сиорию.

— Большой, — наконец заключила она.

— Сиория — крупный город и важный транспортный узел, — просто ответил Зориан. — Здесь интенсивное движение.

— Не возражаешь, если мы немножко пройдемся и осмотримся? — спросила Кириэлле.

— В смысле — пройдемся по магазинам и осмотримся в поисках сувениров? — "перевел" Зориан. Она надулась. — Конечно, можем и пройтись. Но купим только что-то одно, и в пределах разумного.

— А что значит — в пределах разумного? — спросила она, вдумчиво изучая вывески.

— Обратись к здравому смыслу, — сухо ответил Зориан. Вот он еще о значении слов с ней не спорил.

— А если я не уверена? — не отступалась она.

— Спрашивай, — отрезал он.

Вероятно, он мог бы купить любую понравившуюся ей вещь, особенно учитывая, сколько он заработает в ближайшие дни, но потакать прихотям Кириэлле — явно неудачная мысль. Сдержанность и так никогда не была ее сильной стороной, страшно подумать, во что она превратится, если он ее избалует.

Так что следующие полтора часа Зориан просто следовал за Кириэлле, порхавшей от магазина к магазину, словно пьяная бабочка, без какой-либо видимой последовательности. С другой стороны, он не особо и пытался понять ее логику — почти все это время он тренировал мысленное чутье, пытаясь считывать информацию об окружающих людях. Столь большие и тесные толпы по-прежнему оглушали его, забивая восприятие размытой, неразборчивой мешаниной эмоций и странных образов. Впрочем, он уже начинал различать в этом фоне отдельных людей. В качестве тренировки он постоянно касался разума Кириэлле, используя ее как некий телепатический якорь, и пытался одновременно коснуться случайных прохожих в толпе. Долгая, изнуряющая работа, но его уже достало оставаться без чутья и эмпатии каждый раз, когда вокруг собирались люди.