Так не должно быть. Я не могу…

— Аделина, — бархатным рокотом прозвучал его голос и тысячи возбуждённых мурашек пробежали по моему телу.

— Г-м-м? — всё, что я смогла выдавить.

— Ты готова принять мой дар? — обойдя меня и став сзади, он осторожно убрал прядь моих распущенных волос за ухо. От него веяло таинственным хвойно-дымным с переливом в пряно-перечный с тёплыми нотками шалфея, пленяющим ароматом. Впервые ощущаю его запах так отчётливо. Он дурманит, что я, вдыхая его, невольно закрываю глаза от наслаждения.

Даже не глядя в его прекрасное лицо, я стою как под гипнозом.

— Какой дар? — прошептала я, ощутив лёгкое касание к шее.

— Самое дорогое, что у меня есть благодаря тебе, — тихо ответил он, — моё сердце.

— Что?! — очнулась я. Ничего предложение!

Резко развернувшись к нему, оказалась лицом к лицу, и дыхание спёрло. Он так смотрел на меня… это ожидание было таким искренним, глубоким и чистым, что я едва не задохнулась. Такая чистая и прекрасная внешность сбивала меня с толку.

— Я не хочу, чтобы смерть настигла меня до того, как я познаю вещи, которых был лишён все эти эоны лет. Я готов отдать тебе своё сердце в обмен на опыт. Я хочу познать радость и любовь, светоч. Ты единственная кто способен мне это дать. Моё сердце уже в твоих руках, но, как только ты дашь своё окончательное согласие, я отдам тебе его навсегда, — сказал он, так правильно и завораживающе шевеля губами, что я не сразу поняла, о чём идёт речь. Это какой-то сюр.

— И что мне делать с твоим сердцем? — не отрывая взгляда от его лица, пространно спросила я.

— Беречь, пока не исполнится моя воля. А потом ты вольна поступать с ним так, как тебе подскажет Она, — он указал вверх, и я, подняв голову, увидела, как в глубине космического простора засверкала яркая звезда. Она словно давала одобрение, и другие мириады звёзд ей вторили в этом.

— А кристаллы?

— Мне плевать на них, — шепнул он, практически в мои губы.

— Мне нужно подумать, — ощущая, как под ногами уезжает твердь, пошатнулась я, и он подхватил меня за талию, оказавшись совсем в тесном контакте.

— Потрогай, — он взял мою руку, и приложил к своей груди, — чувствуешь? Оно бьётся рядом с тобой. Только с тобой. Понимаешь?

Некуда спрятаться, и никуда не убежать от его близости, что обжигает разум. Сердце его действительно билось, ускоряя ход под моей ладонью, как бы в подтверждение намерений.

Что же это? Что же я наделала? Он так смотрит на меня. Так смотрят только… на любимых.

Весь этот космос вокруг нас, сверкает призрачными огнями. Мы одни. Момент… и его губы вновь касаются моих. Так нежно, так сладко, так запретно и жгуче, что я не могу от них отказаться. Я в плену своих бесконтрольных желаний. Моё тело кричит — да! Губы жадно впитывают эликсир забвения, что дарует его поцелуй.

Я не должна этого делать, но продолжаю отзываться. Но, всё же откуда-то берутся силы отпрянуть, и чувствуется, что душа протестует разуму. Она желает продолжения, но я держусь, быстро подбирая слова в уме, кусая целованные губы. Орголиус внимательно смотрит на меня, не выпуская из рук, а мне бы отойти от него хоть на шаг, чтобы выйти из омута. Иначе пропаду, ой чувствую, пропаду.

— Можешь сейчас ничего не говорить, — тихо сказал он, ласково погладив меня по щеке тыльной стороной руки, — я вижу ответ в твоих глазах.

Его губы изогнулись в мягкой улыбке.

— И, что они говорят? — хрипло, прошептала я.

— Всё, чего я так долго ждал. А сейчас, позволь, — он вновь держал передо мной повязку для глаз в руках.

Мне было сложно ему что-то ответить, и я просто кивнула в знак согласия и прикрыла глаза в ожидании. Внешнее спокойствие совершенно не соответствовало внутреннему состоянию. Я потрясена до глубины души свершившимся фактом, который я никак не могу сама себе объяснить.

Желание только одно — как можно скорее остаться наедине с собой. Иначе я не знаю, как далеко всё это может зайти.

Орголиус повязал ленту на глаза, крепко обнял меня, и я услышала шум ткани его плаща, будто им взмахнули. На пару мгновений твердь исчезла из-под моих ног.

— Подумай над моим предложением, — раздался его бархатный голос над ухом, а затем чувственный поцелуй в шею, и снова звук развевающегося плаща.

Моё сердце громко колотилось в тишине коридора ведущего в спальню. Осторожно сняв повязку, оглянулась по сторонам, и только после этого выдохнув, опершись об холодную стену и заплакала. Не знаю, но слёзы полились из меня градом. Горячий водопад эмоций мокрыми дорожками спускался со щёк на шею, спускаясь ниже, но это меньшее, что меня сейчас волновало.