Я до сих пор не верил, что все обошлось. Троица бросила косые взгляды под бухтение ревностной бабки и прошла мимо буквально в метре от нас. Если бы она меня узнала, точно попыталась бы убить. А устраивать драку с слугами Всевидящего на площади столицы, прямо перед собором, ну никак не входило в мои планы. Еретик и некромант с одной из вампиров, что убили две трети их отряда, целуется и обнимается прямо в городе у собора Всевидящего. Сама нелепость этой мысли похоже и сыграла. Она хмурилась, упрямо выдвинув челюсть, и топая подкованными сапогами по мостовой прошла на расстоянии вытянутой руки от меня. Но хвала всем богам, даже не взглянула в нашу сторону. Зато на нас неодобрительно косились ее подруги. Но я их не знал, и что самое главное — они меня тоже, их не было той ночью и этому факту я был несказанно рад.

Мы бегом проскочили площадь, и прошли несколько улиц. И по мере приближения к внутреннему кольцу стен людей становилось все больше. Вокруг сновал радостный, возбужденный народ, вешали флажки да цветастые полотна. Город активно готовился к празднику. Я не знал, что за мероприятие намечалось, самый ближайший был праздник урожая. Но до него еще почти три месяца. Но было очевидно, что что-то намечалось. И все вокруг радостно гомонили, разукрашивая дома и улицы и предвкушая гуляния. Я не знал куда идти, единственное, что мне было известно наверняка, это то, что мне надо попасть в самую середину. Где пронзая небеса высились шпили королевского дворца. Туда, куда таким как я вход в принципе был закрыт.

Стараясь держаться края улицы и тени домов, по мы шли просто вперед. Вокруг постоянно проезжали всадники с важными, а зачастую надменными лицами, да стучали окованными колесами по мостовой вычурные кареты. Даже конные патрули постоянно попадались, и стержень стражи составляли костеродные, которые были на службе у короля. Фоиридж город высоких господ, и стража тут тоже была из костеродных. Потому что утихомиривать разбушевавшихся господ простые стражники ну никак не могли. Тут требовался кто-то, кто обладал схожей наглостью, титулом, и при этом еще наделен властью.

Город вокруг бурлил жизнью, я шел подняв воротник и надвинув треуголку, а Марика только и успевала вращать своими кровавыми глазищами, с жадностью рассматривая все в округ. Хоть она и могла похвастаться тем, что принадлежит к самой древней касте из ныне существующих. Сама она жила на отшибе запретных земель. Ее клан медленно умирал, и положение было далеко от предела мечтаний. Земли которые им принадлежали не были лучшими. И селиться в скалистой местности, где мало что растет хотели не многие. Иными словами росла Марика в редкостной дыре. У ее отца видно были какие-то свои планы, раз он так поторопился обратить всю свою семью Так что ничего толком посмотреть она не успела. Даже хваленый Красный Замок видела лишь издали. Когда брат взял ее на задание, добирались они в закрытом корабле, чтобы никто не узнал, что за пассажиров они везут. А после прибытия прятались по закоулкам, ибо госпожа Морена не желала сорвать столь тщательно выстраиваемые планы. А потом пара глухих деревень и вот, они на месте, ожидают прибытия своей цели.

И сейчас, когда она оказалась в крупном городе. Марика постоянно крутила своей черной вьющейся шевелюрой рассматривая этот праздник жизни с жадностью ребенка ничего подобного не видевшего. Я вообще заметил, что вытащить отца она и вправду очень хочет. А вот возвращаться обратно — не особо.

Постепенно, но мы подошли к внутреннему кольцу стен и воротам. Они были такого же размера как внешняя. Вернее они когда-то и были внешними, но город постоянно разрастался. И теперь это кольцо стен было огораживало внутренний город. Именно тут проживало большинство костеродных, находились академии, самая большая в королевствах библиотека, а так же храмы и соборы.

Но когда я увидел ворота у меня возникла проблема. Это была не простая кладка каменных блоков и простые ворота вырубленные в стене и опускная решетка. Это был, мать их, здоровенный артефакт выполненный в виде арки, в который и вмонтировали опускную решетку сделав ворота. И как сказала Полночь он чуть ли не светился от силы в него закачанной. И под ними стояла уже гвардия короля.

И туда судя по всему уже всех не пропускали. Потому что гвардия это сплошь костеродные. С ними не получиться договориться. Уж точно не с моими двумя жалкими золотыми. Да и не пропускали они всех.

— Что такое, почему мы остановились? — Спросила Марика.

— Видишь ворота, это большой артефакт, я не знаю, что он делает. К тому же стража нас не пропустит, мордой не вышли.

— Я же смогу им приказать. Если сказать как обычно, что я костеродная, а ты мой слуга.

— Ты конечно девочка красивая, но это не тот случай. Это могло сработать на окраинах королевства, но не в столице. Они сами все костеродные, им просто плевать. К тому же там могут что-то заподозрить, если заметят, как тебя пропускают просто так. Ты мой козырь, и пока рано раскрывать карты, попытаемся проникнуть как-нибудь по другому.

К тому же Марика забывала, была еще одна вещь. Что сразу отличала костеродного от простолюдинов — лошадь. Мы были пешими с двумя жалкими монетами в кармане. А все господа были сплошь верхом и в большинстве своем со свитой. И чем богаче Род, тем больше слуг и охраны. Тот же Наместник таскался с колонной не меньше чем в десятка два-три человек.

— И что теперь?

— Пока ждем, посмотрим кто проезжает.

Перед воротами была небольшая площадь. Тут находились несколько магазинчиков, алхимическая лавка и две таверны. Вот одну из них на другом конце площади я и присмотрел. Я уже собрался переходить улицу, как к воротам цокая копытами по мостовой подъезжала очередная кавалькада сопровождавшая карету. Десятка всадников в одинаковых одеждах личной охраны с важно-безразличными лицами окидывали снующий вокруг народ взглядами, а пара едущая впереди прикрикивали на людей, требуя дорогу. А в середине ехали двое статный парень в черном, бархатном кафтане с серебряными завитушками и девушка в костюме цвета высушенной добела кости. Следом за ними следовали четверка слуг тоже все разодетые и важные. Со стороны ворот как раз выезжала другая процессия сопровождавшая карету. И кавалькада всадников вынужденно остановилась посередине дороги. Их разгоряченные кони фыркали, переступая с ноги на ногу.