— Все в порядке? Никто не ранен? — несколько раз громко спросила Джессамин, пытаясь водворить спокойствие.

Когда все зашумели, Джарид тоже вскочил на ноги. Но он остался у своего места, с Ишаллой на плече, стараясь дышать ровнее и успокоиться. Элайна тоже осталась на месте, она вся напряглась и побледнела. Они обменялись короткими взглядами и, не говоря ни слова, направились туда, где Урсель и несколько других магов убирали осколки стекла.

Несколько минут спустя, когда суматоха прекратилась, вернулись Оррис и Транн, запыхавшиеся и разгоряченные.

— Их было только двое. Мы бежали за ними до гостиницы, что в нескольких кварталах отсюда, — выдохнул Транн. — Начальник стражи увидел нас и тоже бросился в погоню. Их накажут.

— И что из этого? — раздался суровый, но очень знакомый голос.

Джарид обернулся и увидел Бадена, стоящего у своего места. Неподвижное лицо Магистра было белым как мел, только на скулах появились красные пятна. Ясные глаза горели как угли.

— Что из этого? — повторил он. — Заточить их в тюрьму? Но это не даст ничего.

— Так что же, прикажешь отпустить их? — возмущенно спросил Передур. Они осквернили Великий Зал Амарида!

Несколько Магистров бурно выразили согласие.

— Это не Храм Арика, — горячо возразил Баден, бросив короткий взгляд на Транна. — Амарид не бог. Мы имеем дело не с осквернением, но с актом вандализма. Разницу полезно запомнить.

Передур побагровел и собрался было ответить, но Джессамин положила руку ему на плечо и обратилась к Бадену.

— Что ты имеешь в виду? — спросила она с тщательно сдерживаемым гневом. Баден явно ходил по острию ножа.

Но он не сдался.

— Этот камень был посланием. Мы стали слишком высокомерны, и народ больше не верит, что мы способны о нем позаботиться. Поэтому заточить виновных не самое разумное действие. Это бессмысленно, потому что могут прийти еще тысячи недовольных, и негуманно, поскольку мы лишь слуги народа и Зал принадлежит всем. Они разбили стекло и задели нашу гордость, так давайте напомним им о былом.

— Как? — спросил Оррис. В его голосе и позе был вызов — он широко расставил ноги и уперся руками в бедра. — Как мы это сделаем?

— Мы будем действовать, — спокойно ответил Баден. — Мы достойно встретим врага. Те, кто разбил окно, назвали нас убийцами и предателями. Так сейчас думают многие в Тобин-Сере. Я не убийца и не предатель и хотел бы верить, что о вас это тоже можно сказать. Но чтобы доказать это нашему народу, мы должны найти и остановить тех, кто устраивает побеги. Послышался ропот одобрения, но Баден обвел всех взглядом, и снова воцарилась тишина. — Одинан, мне понятны твои доводы. Но ты, столько лет прослуживший в Ордене, разве не понимаешь серьезности создавшегося положения? Люди Тобин-Сера идут громить Великий Зал Амарида. Надо сделать что-нибудь, чтобы показать народу: нам это не все равно! — Он задержал свой взгляд на старом Магистре, и тот нехотя кивнул. Баден благодарно улыбнулся, потом взгляд его снова стал жестким. — Позвольте мне добавить вот что. Если здесь сейчас присутствует убийца и предатель, я найду его и брошу все свои силы на его уничтожение.

Воцарилась тревожная тишина, маги неловко переглядывались, словно отыскивая предателя. Джарид почувствовал, что кто-то услышал предупреждение Бадена и принял его вызов. В Великом Зале несомненно находился предатель.

И вдруг это чувство исчезло так же внезапно, как и появилось, и Джарид так и не понял, не было ли оно игрой воображения.

— Премудрая Джессамин, — сказал Транн, — я предлагаю компромисс.

— Давайте выслушаем Транна, — отозвалась Премудрая.

— Предлагаю все же отправить отряд в Рощу Терона. Все остальные маги могут выбрать, следовать ли им за Оррисом или Одинаном. Так мы сумеем держать всех под контролем, проверить гипотезу Бадена и присмотреть за всем Тобин-Сером.

Маги снова умолкли, размышляя. Наконец заговорил Оррис:

— Не то чтобы мне это понравилось... Но я принимаю твое предложение.

— Одинан? — спросила Джессамин.

— Согласен.

— Баден?

Баден взглянул на нее и улыбнулся. Бледность его прошла.

— Рискуя вызвать излишний энтузиазм коллег, принимаю.

Маги рассмеялись.

— Давайте проголосуем, — предложила Джессамин. — Кто "за"?

Многие маги подняли руки, хотя некоторые сделали это с меньшей охотой, чем их товарищи.

— Хорошо, тогда пусть так и будет. Наша следующая задача — выбрать тех, кто пойдет в рощу. Полагаю, мы с Передуром пойдем, да и Баден с Транном — благо это их идея. — Она помолчала, и Баден и Транн кивнули в знак согласия. — Сартол, вчера ты говорил, что пошел бы с нами. Ты еще не изменил своего решения?

— Нет, Премудрая Джессамин.

— Очень хорошо. А ты, Элайна? Сартол высказал предположение, что ты будешь очень полезна. Пойдешь с нами?

— Да, Премудрая Джессамин.

— Кто-нибудь еще хочет присоединиться?