Девушка чуть кивнула, принимая информацию к сведению.

— Лития фон Робек, — сообщила она в свою очередь, — там дальше есть ещё несколько слов, но сейчас мы их опустим. Для экономии времени зови меня просто Литией.

Потом принцесса перешла сразу к делу.

— Что видишь напротив моего лица? — спросила она.

— Ты имеешь в виду на сфере? Круг, в который вписан треугольник, в который в свою очередь вписан ещё один круг. На углах треугольникаещё маленькие круги. И всю эту конструкцию пронзает трёхлучевая звезда. От неё идут линии к другим фигурам

Лития кивнула.

— Всё верно. Теперь коснись центрального круга и верхнего луча звезды. Каждый раз сильно надавливай. Теперь вот этот ромб слева, нажимай по серединам сторон.

Она дала ещё несколько подобных указаний.

— Запомнил, теперь то же самое, но быстро. Нет, это недостаточно быстро! — произнесла она недовольно, в ответ на первую попытку Плохого.

Тело голема не предназначено для слишком быстрых движений и Артём слегка поднапрягся. Один раз он ошибся, что было встречено возмущённым шипением Литии.

— Не так, тоже мне мужчина!

Шипела она точно кошка.

Артём не совсем понял, при чём тут его пол, но возражать не стал. Следующая попытка оказалась правильной. По сфере пробежали концентрические круги, но этим дело и ограничилось.

— Ничего не случилось, — едва не простонал он.

Артём не договорил. Чёткая до этого структура линий вдруг начала искажаться: фигуры наползали, друг на друга истаивали. Вскоре целостность системы нарушилась. Она распалась на отдельные островки, которые разобщено висели в воздухе и быстро уменьшались в размерах, точно тающий лёд в кипятке. Ещё секунд десять и Лития смогла протиснуться между ними.

— Отлично, — сказала она, и издала утробное урчание. — И так каков же у тебя план?

Если бы Артём был в обычном человеческом теле, то непременно развёл бы руками.

— Ну, честно говоря, никакого.

Лития Фон Робек бросила на своего незадачливого спасителя взгляд, который не предвещал последнему ничего хорошего.

— Знаешь, — сообщила она, — я никогда не думала, что смертный приговор можно произнести таким бодрым тоном. Нет, мужчины совершенно никчёмные существа!

Что ж, — подумал Артём, — в девушках способных шутить перед лицом гибели есть что-то завораживающее. Или она не шутит, — пришла вдруг новая мысль, — а говорит то, что действительно думает?! Да, необычная дамочка.

— Ну, извини, — произнёс он, стараясь подражать её интонациям, — я как-то полагал, что превращению в голема ты предпочтёшь перед уходом громко хлопнуть дверью.

На лице девушки выразилось полное недоумение.

— Зачем мне ею хлопать? — поинтересовалась она. Но тут же сообразила сама. — А, ясно — речевой оборот. Думаю, что уловила смысл.

Она вдруг резко повеселела.

— А что, давай, нападём на них из засады. Может и заберем, кого, если повезёт… Если только ты всё же не придумаешь какой-нибудь план, так что бы мы оба выжили.

Ему показалось или девушка слегка всхлипнула? Всё верно, никто не хочет умирать, даже геройски. И он тоже не хочет. Ну а выжить то как?! Что ж, по крайней мере, одного магира он убил! Вспоминая об этом, Артём испытывал горькое удовлетворение.

Потом он вздохнул.

— Я даже не представляю, как можно выбраться из замка, — признался он, — или чего можно ожидать от магиров.

Девушка посмотрела на него как-то странно.

— Что значит, не знаешь про магиров? — удивилась она. — Откуда собственно твоя душа в эту глиняную куклу попала? С Забытых островов что ли?

Забытые острова, — Плохой машинально отметил это название, — но совершенно им не заинтересовался. Сейчас существовали проблемы поважнее, нежели разбираться в местной географии. По-видимому, это поняла и Лития.

— Каждый из магиров, — пояснила она, — это мощь в себе, отдельная боевая единица. Один единственный магир способен без труда сокрушить небольшую армию, просто призвав стихию огня. Простые маги им даже в подмётки не годятся.

Простые маги, — это уже было достаточно интересно. Значит, здесь существовало нечто вроде разделения по силам, и магиры были своего рода магической элитой. Артёму очень захотелось расспросить об этом поподробней, но время уходило как вода в зыбучий песок: в комнату могли войти в любое мгновение.

Плохой даже подумал, не совершил ли он ошибку, поддавшись минутному порыву и освободив девушку. Впрочем, не в его характере было долго сожалеть о сделанном. Обычно Артём просто принимал сложившуюся ситуацию как данность.