Однако сейчас мое мнение изменилось. Мой Сияющий Спаситель был по-настоящему смел. Но в той же значительной степени он был и недальновиден.

Не видел нюансов. Слабо владел ситуацией.

Виви другой.

Уверенный, требовательный и точно осознающий, чего он хочет.

И такой полномасштабный контроль сильно выматывает его.

Если уловлю момент его слабости, то сумею вырваться из приоритетной зоны его контроля и влияния.

Замечательная идея.

Только вот мысль о моем безусловном преимуществе перед ним прямо сейчас радует меня намного меньше, чем, скажем, в первые дни после пробуждения.

Бросить род Люминэ, оставить позади все то, что связывало меня с Иммора, - довольно красочная цель и, по правде, не лишенная заманчивости.

Сэмюэля больше нет. Мне некого боготворить и обожать. Некого любить.

– Что-то не так? – Лиллоу касается моего плеча, пока я с убийственной серьезностью пялюсь на дверь перед собой.

– Отчасти. Занимаюсь внутренним саморазрушением.

В голове проскакивает сцена, где Виви и его белобрысые отпрыски всем скопом удерживают меня от падения с лестницы. Героическую картинку сменяет другая – то же семейство, энергично лопающее мои панкейки на малой кухне. За ней между мыслями протискивается сцена, где похитители куда-то тащат Лириса и Эли, затем сразу за ней – воспоминание о похищении самого Виви в нашем теперь уже далеком детстве. И снова яркая вспышка: властный господин устало ютится у моего бедра.

Гадство.

Атакую дверь собственным лбом и в следующую секунду распахиваю ее настежь. При моем появлении Рашель, меланхолично подпирающий подбородок кулаком, со стуком захлопывает читаемую книгу и вскакивает со стула, ошалело хлопая длинными ресницами.

– Утра! – восклицаю я и мельком приглядываюсь к обложке уроненной книги – что-то о химических реакциях. – Поручаю тебе от имени великого господина подбросить меня до универа.

– «От имени великого господина»? – с легкой улыбкой повторяет за мной Лиллоу, тоже заходя в помещение.

– Бессовестно пользуюсь своим положением, - поясняю я и подцепляю за локоть Рашеля, не успевшего в полной мере оценить ситуацию. Но секунду спустя тот уже очухивается, бодро кивает, быстро подхватывает книгу и кидается в сторону гаража.

– Сейчас подготовлю автомобиль, госпожа!

Провожаю взглядом юношу, но вместо здоровых девичьих мыслей о его симпатичной мордашке разум переполняют реалистичные картинки с действующими лицами, чьи лохматушки на голове белее снега.

– Позволю себе предложить вам выбрать другого водителя. – Лиллоу неодобрительно косится на дверь, ведущую в гараж. Оттуда доносится грохот. Кажется, Рашель, перемудрив с усердием, случайно что-то там опрокинул. – Новенькому сотруднику стоит еще немного подучиться. Да и обеспечить вашу защиту он не сумеет.

– Так, без вариантов.
– Решительно отказываюсь.
– В случае чего я сама лягну кого надо. И молодой человек рядом с университетом привлечет меньше внимания, чем большущий бугай с бицухой.

– Противиться вашей воле я не могу. – Лиллоу вздохнул. – Мне наказано выполнять ваши желания.

– Не беспокойся. – Я намерено смягчила тон. Пошарив в сумке, я с торжествующим видом продемонстрировала собеседнику белый шпионский «бумеранг». – Беру с собой. На связи.

Познавательное сегодня

Смертоубийственная скука.

Еле отрываю лоб от поверхности парты и с трудом сосредотачиваюсь на экране на другой стороне аудитории. Презентация на час на тему линейной перспективы без единого комментария преподавателя, да еще и при его полном отсутствии. Полностью самостоятельная работа – и именно на такую форму проведения занятия мне посчастливилось попасть при первой же попытке адекватного посещения университета.

Лучше бы прогуляла. Все равно в голове остался минимум – да и тот вряд ли полезный.

Утратив последние намеки на манеры, укладываюсь на столешницу и лениво обозреваю учебную аудиторию. Ее оформление составляют многоярусные конструкции, на которых закреплены длинные столы, а лестницы раскиданы в довольно неожиданном художественном беспорядке. Где-то ступени ведут лишь на одну площадку с партой, а где-то лестница соединяет сразу три массивных яруса. В целом антураж помещения вызывает яркие ассоциации с кафе «Лето наших сластей» Тамары и будь на месте скучноватых учебных столов и скамеек вылепленные из объемных узоров стулья в наборе с ажурными столиками, с настроем на учебу можно было окончательно распрощаться.

Хотя, надо заметить, атмосфера вокруг в межличностном плане тоже представляла собой довольно действенное лекарство от сонливости. И, как ни странно, причина заключалась вовсе не в ругани, угрозах или основательных стычках, а в тяжести взглядов, кидаемых теми, кто располагался на «стороне Иммора», на представителей так называемой «стороны Человечества». Ну и в ответных зрительных контактах тоже.

Мне, устроившейся в самой верхней точке аудитории, прекрасно видна эта обоюдно вычерченная граница между студентами – примерная середина помещения, обозначенная пустующими партами, которые даже во время перерыва так никто и не рискнул занять. Сознательно или по случайному стечению оформительских обстоятельств, но левая и правая сторона конструкций из лестниц и учебных столов отделялась невысокими полупрозрачными декоративными стенками, создающими дополнительные визуальные границы между двумя расами.