Шрифт:
– Не могу, – почесав переносицу, строго сказал Георгий. – Здесь мое место. Моя жизнь. Родители мои здесь похоронены. Все это – мое, понимаешь? Как я могу, бросить все и податься черт знает куда? – Он беспомощно развел мягкими ладонями, не находя нужных слов.
– Знаете, кто вы? – дрогнувшим голосом произнес Миша. – Патриот. Самый настоящий. Последний из могикан.
– Ну уж! – рассмеявшись, замахал руками Георгий Аркадьевич. – Ты мне еще памятник закажи! А лучше Нине. В полный рост. Ей понравится.
«…в подъезде дома обнаружен труп тридцатилетнего мужчины с ножевым ранением…» – «Сверхплоский плазменный» демонстрировал привычную криминальную хронику. Равнодушно отслеживая сменяющиеся кадры, Александра Дмитриевна, лежа на кровати и покуривая «Вог», отходила от перелета. На столике стыл капуччино. Запиликал телефон. Александра очнулась, так как, чтобы его достать, пришлось подняться с кровати.
– Да, – она внутренне подобралась, услыхав на другом конце дребезжащий тенорок знакомого прокурора. – Что?! Убита? Его посадили? Как «нет»?! какое алиби, вы что, совсем спятили?! Что за бред! Нет у нас родственницы по имени Анна! Вы документы проверили? – серые глаза Александры постепенно приобретали тусклый стальной оттенок. – Мою дочь зовут Марианна, надо бы знать! И она сейчас за границей, – она швырнула трубку, пробормотав: «Идиот». Несколько раз прошла по комнате вдоль и поперек, пиная мебель, которую, несмотря на достаточное пространство, умудрялась задевать.
– Бред, – она набрала дочери, но мобильный Марианны на русском и английском вежливо предложил перезвонить позже.
– Чушь собачья, – повторила Александра, пытаясь убедить в этом сама себя. Но знала, что уже не сможет спокойно лежать и курить, пока…
Она позвонила в гараж и потребовала подать автомобиль.
«Мерседес» цвета серого рассвета величественно, как океанский лайнер, плыл по шоссе.
«Зачем я туда еду? Какое-то омерзительное бистро, убогая забегаловка… Мне придется войти?! Что я скажу: „Покажите мне девчонку, которая работает официанткой, носит фамилию Литичевская и трахается с… Ну и мерзость…“
Грудь сдавил тесный обруч. Так, что ни охнуть, ни вздохнуть. Александра прибавила холода в кондиционере. Все тот же пригород, не сумевший стать городом. Те же обшарпанные дома, драные кусты. Кое-где возвышаются дешевые коттеджи… А вон, должно быть, та убогая тошниловка…
Александра ударила по тормозам, подрезая зазевавшегося «чайника», спряталась за огромной фурой, стоявшей у обочины.
«Перестань дрожать, идиотка!»
Стиснув побелевшими пальцами баранку руля, она заставила себя поднять голову и посмотреть сквозь тонированное стекло в сторону березового домика.
Около входа курили, смеялись какой-то смазливый дебил и невысокая темноволосая девчонка в коротких шортах и светлой футболке…
Александра, покачнувшись, застонав, зажмурилась, отчаянно замотала головой, стараясь прогнать кошмарное видение. И, когда открыла глаза, девчонки уже не было. Но и той доли секунды оказалось достаточно…
Александра выжала сцепление.
Воспользовавшись свободной минуткой, Анна выскочила покурить. Следом вылез Вадим.
– Слушай, Анька, – проговорил он, оглянувшись по сторонам, – ну и выбрала ты приятеля…
После недавнего сенсационного признания девушки, которую всегда считал гадким утенком, он почему-то ощутил непонятную досаду.
– Может, ты метишь в хозяйки? Думаешь, Галка подвинется ради горячо любимого племянничка? Нет, в самом деле…
– Что?! – Густые брови Анны взмыли вверх надломленными домиками. Внезапно она расхохоталась громко, заливисто, в промежутках меж взрывами смеха вставляя обрывки фразы. – Мне? Нужна? Эта забегаловка?!
– Да не ори ты! – Зашипел Вадим, – Ржет как корова.
– Вадюша, ржут обычно лошади, – смахивая веселые слезинки, проговорила Анна. – Тебе не мешало бы иногда слушать по своему плееру «Радио-няню». Да ты не переживай. Может, сейчас сюда подъедет твоя голубая мерседесная мечта… Ну, я побежала.
Махнув рукой, Анна быстро скрылась в бистро. Вадим тоже выбросил окурок и уже шагнул к дверям, как вдруг замер соляным столбом, прошептав:
– Ё-моё…
Сверкающий серо-голубой «Мерседес» затормозил практически у его ног.
Воцарилась тишина. Даже жирные мухи прервали свой полет, озадаченно приклеившись к запотевшим стеклам. Стук вилок о тарелки, хлюпанье и чавканье зависли в жарком воздухе. Оттого, что в зал вошла Она. И все, без исключения, даже те, кто в жизни не держал в руках «Вога», не смотрел по телевизору светской хроники, застыли в немом изумлении. Поскольку величественная осанка, надменный взгляд, холодная платина тщательно уложенных волос под затейливой шляпкой, наряд элегантно сногсшибательный, не оставлявший ни малейшего сомнения в благородстве его происхождения и заоблачности цены, тонкий аромат средиземноморских бризов презрительно поправший фаст-фуудовские амбре – все это в целом и по отдельности кричало о том, что едва ли эта lady of quality [10] появилась знойным вечером, подобно миражу, в придорожном бистро с целью насладиться неповторимым вкусом бифштекса с картошкой.
10
дама из высшего общества
– Ох, черт возьми! Какая женщина! – Восхищенно произнес дядя Вова. Изумленная Анна, впервые услыхавшая столь высокую оценку из уст сурового повара, обернулась.
– Мамочки… – прошептала она, сделавшись вдруг белее березок на фасаде. Она попятилась, но ткнулась лопатками в стену и, съежившись, замерла, как загнанный в угол зверек.
– Что с тобой? – Обеспокоенно спросил Марк, поворачиваясь по направлению полного безысходности взгляда. – Шура… – пробормотал он озадаченно, тоже отступая, – Здравствуй. Отлично выглядишь…