…и налетел на твёрдый зеленый камень.

Он взглянул на дверь, чтобы посмотреть, какого та размера. Он заметил, что перед тем, как исчезнуть, двери уменьшались в размерах, и что средняя продолжительность жизни одной двери составляла около пятнадцати минут. Эта всё ещё оставалась широкой, поэтому время у него было.

Он стоял во дворе. Ну, или, по крайней мере, на руинах двора. Повсюду громоздились кучи зелёных камней. В лучах солнца блестела зелёная скала.

— Похоже на изумруды, — сказал Роберт, который уже давно привык говорить вслух, поскольку ему было весьма удобно уживаться с голосом в своей голове.

— Миленько, — сказал голос.

— Похоже, это руины Изумрудного города. Из «Волшебника из Страны Оз», ну, я думаю, книга была основана том, что здесь осталось, — поправил Роберт сам себя.

Ему до сих пор с трудом давалось переварить тот факт, что сказки Тосторонья были основаны на реальности, пусть основа эта и была очень зыбкой. Русалки были настоящими. Кровожадные русалки очень сильно отличались от тех прекрасных созданий, что помогали людям, целыми днями пели песни и тусовались с рыбами.

Он прошёл по Этосторонью много миль, чтобы найти дверь, хоть отдалённо близкую к Архиву. Почти повсюду, куда он попадал, имелись признаки жизни. Он вываливался в колонию фей, попадал в тёмную штольню, где жили какие-то склизкие существа, выходил на самом краю высокого утёса, и имел беседу со стариком, живущим в пещере. Даже в самых дальних уголках Этосторонья кто-нибудь жил. Но не здесь. Это место было пустынным; даже ветер не дул.

Роберт взобрался на горку из разбитых статуй. Он посмотрел на пейзаж, который простирался до почерневшей гавани, выглядевшей так, словно её сожгли дотла. Похоже, кто-то или что-то устроило здесь грандиозную битву. В спокойствии, опустившемся на разрушенный город, ощущалось что-то такое, чего Роберт никак не мог понять. Ощущалось…

— Электричество, — сказал голос.

— Ага, я почувствовал. Что-то тяжёлое.

— О, а это ты почувствовал?

— Что именно?

— Прости, я решил, что ощутил дрожь. Приятную. В этом месте есть магия.

Если бы голос в голове Роберта был живым человеком, он бы представил, что этот человек смотрит куда-то вдаль, переживая потускневшее воспоминание, вызванное недавним ощущением. Роберт не был уверен, почему подумал о голосе, как о другом человеке, поскольку он прочно засел в его сознании, но образ этот, казалось, на мгновение пришёл в соответствие с его представлениями.

— Нужно идти, — сказал Роберт и желудок дёрнулся от перспективы снова проходить через дверь.

Роберт скатился с кучи камней, шагнул в дверь…

…и вышел на поросший травой холм на краю леса. Роберт узнал это место. Оно находилось около того самого леса, в который он убежал, спасаясь от Лили. Казалось, это случилось целую жизнь назад. Всю ночь он ходил через бессчётное количество дверей, стараясь вернуться сюда. Но, оказавшись здесь, он не понимал, что должен делать. К счастью, судьба взяла ситуацию в свои руки.

— Роберт, — раздался за его спиной голос Лили.

Он смотрел в сторону долины, повернулся и увидел Лили, выходящую из леса. Она была совершенно голая и вся в грязи. Её волосы были спутаны, а под глазами набухли тяжёлые мешки. Вокруг её рта виднелось нечто похожее на кровь. Несмотря на всё это, и явно от недосыпа, Роберту она показалась прекрасной. В руке она держала что-то серебряное — цепочку Роберта с пузырьком с кровью Белого Кролика.

Разумеется, прошлой ночью она пыталась разорвать его на части, но теперь-то это снова Лили. Или Лиллиан Красноплащ, как назвал её Историк. «Красноплащ».

— Красная Шапочка, — произнёс Роберт, когда его настигло осознание.

Лили стояла в нескольких метрах от него, уперев руки в бока.

— Да, так меня называют в Тосторонье. Как ты мог заметить прошлой ночью, натуральное извращение реальной истории. — Она выглядела пристыженной.

— Да, это несколько отличается от того, что я читал в начальной школе. Хотя, полагаю, настоящая история перепугала бы нас до чёртиков.

Лили улыбнулась, а затем из её глаз вдруг потекли слёзы, прочёрчивая на грязном лице чистые полосы.

— Прости, Роберт. Даже спустя столько времени… — Она рухнула на колени и принялась рыдать.

Роберт присел рядом, стянул с себя свитер, затем надел его ей через голову, чтобы прикрыть. Часть его, самая мужская часть, наслаждавшаяся компанией женщины во всей её обнажённой красе, разочарованно охнула. Но он понимал, что так будет правильно.

Лили протёрла глаза рукавом свитера.

— Я могу этим управлять, когда меняюсь сама, по своему желанию. Но, когда изменения вызывает луна, я теряю контроль. Я не хотела на тебя нападать.