Шрифт:
Катя вспомнила как Ирка, восемнадцатилетняя девчонка, которую она встретила недавно у магазина, шарахнулась от неё, тараща испуганные глаза. Она тогда ещё подумала, что это с ней. Теперь-то понятно, что. Знает кошка, чьё мясо съела. Как же он мог? Она же совсем ещё девчонка. У Ирки пузо месяца на четыре. Как долго он с ней? А впрочем, какая теперь разница, если он с ней, а не с ними.
Разум никак не хотел воспринимать действительность. Катя не могла представить, что теперь Женька будет жить не с ней, не с их детьми, а с Иркой. И что у него там тоже скоро появится ребёнок.
«Как он сказал? — ты сильная, ты справишься. Я сильная, потому что рядом был ты. Я всегда знала, что ты поддержишь, поможешь. А теперь я одна, одна, одна... Брошенка».
Сколько она там пролежала, она не знала. Наревевшись, тяжело поднялась с земли, зашла в баню, умылась. Посмотрела на себя в зеркало, и горько хмыкнула. Красавица, да и только. Глаза опухли, губы искусаны. Тихонько пошла в дом. Муж сидел на крылечке. Возле ног стояла сумка с вещами.
— Как ты Катя? — спросил он.
— Нормально. Ты же сам сказал, я сильная, — она прошла мимо него и закрыла двери на крючок. Сползла по стене на пол и попыталась выдохнуть. Дышать никак не получалось, и Катя испугалась, что сейчас умрёт и оставит своих детей одних. Женщина откинула голову назад, старательно отгоняя от себя дурные мысли. Не думать, не думать об этом. Она облизала пересохшие губы и попробовала выдохнуть. Получилось с трудом, но получилось и выдохнуть, и вздохнуть. Екатерина так и сидела под дверью до самого утра, старательно дышала и решала, что она будет теперь делать дальше.
Глава 2
Два дня назад.
Уже под утро рыдания вырвались из груди женщины помимо её воли
Оказывается, быть сильной, не быть обузой, гирей, висящей на плечах мужа, быть ему поддержкой — это плохо. Нужно быть слабой и тогда, быть может, он выбрал бы её, а не эту соплячку Ирку. Такая тихая, улыбчивая, скромная... Скромница! Вот объясните, как эта скромница оказалась в постели тридцатилетнего женатого мужика?
Он, конечно, с возрастом стал ещё более хорош собой. Возмужал, раздался в плечах. Он красив, настоящей мужской красотой, её Женька. Её, был её...
Теперь уже нет...
Больно, как же больно...
Екатерина ловила себя на мысли, что ей бы очень хотелось заснуть и проснуться в постели с любимым. И чтобы ничего того что случилось, просто не было. Чтобы всё плохое ушло и развеялось, словно страшный сон, под первыми лучами солнца.
Сердце упорно не хотело смиряться с утратой. Разум не верил в предательство. Кто угодно, только не её Женька! Вот именно уже НЕ её...
Дождавшись утра, она встала, приняла душ и приготовила детям завтрак.
— Вставайте сони. Хватит дрыхнуть. Данька, вставай! — проходя мимо комнаты сына, нарочито бодрым голосом произнесла она и вошла в комнату к дочке.
— Аринка, солнышко моё, поднимайся, — она присела на краешек кровати. Дочка открыла глаза, так удивительно похожие на глаза её мужа. У них, у обоих и у Даньки, и у Арины, были его глаза и волосы тоже у детей были тёмные, как и у отца. Аринка присела, посмотрела матери в лицо и прижавшись к ней, спросила,
— Мамуль, ты плакала? Что случилось? А где папа?
— Идёмте завтракать, и я потом вам кое-что скажу, — Катя поцеловала в макушку Аринку, погладила её по спине, потом поднялась и пошла в комнату сына.
— Встал сынок, вот умница. Жду вас на кухне.
Минут через десять близнецы появились в дверях. Катя улыбнулась детям и поставила на стол тарелки с кашей.
— Опять овсянка, — капризно протянул Данил. Аринка, молча села за стол и вопросительно посмотрела на Екатерину.
— Кушайте и идите собирать вещи. Вы две недели будете жить у деда с бабушкой. А я уезжаю в санаторий...
— С папой? — спросил Данька.
Катя помолчала, дала детям поесть, а потом сказала.
— Нет, я поеду одна. А папа...- Катя проглотила комок, застрявший в горле. Только бы не расплакаться перед детьми, только бы не расплакаться. Собравшись с силами, она продолжила — А папа остаётся здесь.
— Тогда зачем к деду с бабой, мы тогда с папой останемся, — тихо сказала Арина, внимательно наблюдая за матерью.
— Нет. Папа больше здесь не живёт. Он ушёл от нас... Мы с вашим папой разводимся. У него теперь будет другая семья. Но это не значит, что он вас не любит и не будет с вами общаться. Но я думаю, он и сам вам об этом скажет. Потом он вас, наверное, будет брать к себе. Просто пока к нему нельзя.