— Краситься это как?

— А это наносишь краску на голову, и цвет волос меняется, — попыталась объяснить я.

— Здорово. У нас такого нет. А какую краску надо?

— Специальную для волос другие не подойдут, — поспешила заверить ее я. А то пойдет еще обычной краской волосы красить.

— А я бы хотела побывать в вашем мире, — сказала Эвелина, чем вызвала у меня шок. Жаль я не успела спросить, почему она захотела в наш мир мы подъехали к дому. Нас встретил Ливэр молча забрал лошадей и так же молча, повел их в конюшню.

— Почему твои мужья не разговорчивые?

— Они разговорчивые просто они не любопытные.

— Ну и ладно.

Мы вошли в дом, в гостиной за книгой нас встретил Артений.

— Добрый вечер Светлана. Эвелина тут доставили пакеты с магазина. И курьер сегодня доставил два письма, — он предал их жене.

— Спасибо, — взяв конверты, она села в кресло. — А пакеты нужно унести в комнату к Светлане. Через сколько ужин?

— Эдварт позовет нас, — сказал Артений взял пакеты и ушел из гостиной.

Не зная, куда себя деть, я села рядом с Эвелиной. Она же погрузилась в чтение писем. Но буквально через несколько минут она сложила листки и обратилась ко мне.

— Эти письма тебе, — и отдала их мне. Открыв одно из них, я поняла, что не знаю, на каком языке они написаны.

— Я не могу их прочесть, — возвращая их, обратно сказала я.

— Я так и подумала. Поэтому прочла их сама. В одном приглашение на бал во дворец, которое состоится через четыре дня. Во втором приглашение посетить Верховную Жрицу в Храме Ветров.

Вошел Эдварт и пригласил нас к ужину. И опять стол ломится от различных блюд, нам налили вина в бокалы. И тут я не выдержала и сказала.

— Как здорово, что мужчины умеют так чудесно и вкусно готовить.

— Спасибо госпожа, — сказал Эдвард, видно испугавшись моих слов, он ушёл.

— А у вас мужчины готовят плохо? — улыбнувшись, спросила Эвелина.

— У нас готовят женщины, — доедая пирожок, сказала я. Таких больших глаз какие были у Эвелины, в этот момент я раньше никогда не видела.

— А что у вас делают мужчины? — спросила она.

— Зарабатывают деньги. Но в большинстве своём садятся к богатой женщине на шею и живут за её счёт, отдыхают, и уж точно не готовят. Готовят лишь единицы.

— М-да. — и Эвелина замолчав, уставилась в свою тарелку. Покончив с ужином и сославшись на усталость, я отправилась в свою комнату. У кровати лежали свертки с вещами. Разбирать и развешивать их мне уже не хотелось. Так сильно ныли мышцы от прогулки верхом, что я упала на кровать и заснула.

Утро наступило неожиданно быстро. А спала ли я вообще? Повалявшись немного в кровати, я решила сегодня не вставать. Пусть мне несут завтрак в постель! Но в дверь постучали.

— Доброе утро, Светлана.

— Доброе утро, — ответила я, укутавшись сильнее в одеяло.

— Светлана тебе нужно вставать. Надо успеть позавтракать. Скоро ехать в Храм.

— Можно сегодня я не поеду? — начала шутя канючить я. Я совсем забыла про Храм. Но Эвелина стояла и сердито смотрела на меня. Пришлось вставать.

— Так-то лучше. Верховную Жрицу нужно чтить. Приводи себя в порядок, я жду тебя на кухне.

— Хорошо.

Эвелина покинула мою комнату. Посидев немного на кровати, я все-таки решила вставать.

Я привела себя в порядок и распаковала пакеты с покупками. Решила надеть простое темно-вишневое платье с короткими рукавами, такого же цвета балетки и спустилась на кухню. Мужчин опять не было видно. Они едят в разное время? Пожелав приятного аппетита, я села рядом. Поскольку стол валился от еды, мне стало жалко выбрасывать все это добро, и мой завтрак превратился в плотный обед. Объевшись, я отодвинула от себя пустую тарелку.

Увидев, что я наелась, Эвелина сказала.

— Я сопровожу тебя до Храма, а там Жрец тебя отведет к Верховной. Обратно ты вернёшься сама. Я думаю, ты запомнить дорогу. Знаешь, я бы хотела тебя попросить, — тут Эвелина словно изменилась, она потупила взор, опустила руки: — Если ты, конечно, будешь не против.

— Говори, я и так многим тебе обязана.

— Когда ты пойдешь в Богине Ветров, то попроси себе в Жрецы, мужчину с черными волосами. И пока он будет сопровождать тебя, узнай, пожалуйста, как у него дела, как он и почему он не покидает пределы Храма, — глаза Эвелина так и не подняла.