— Не служанки, а горничной.

— Оба слова очаровательные.

— Опять ты за свое.

— Просто шучу. Я ввел тебе половину раствора час назад, поэтому ты не проспишь неделю. Рейни запретила тебе вводить полные дозы, а то ты можешь отрубиться в любой не подходящий момент. Половина, чтоб не уснуть. Но ты слабый боец будешь сейчас. Как вариант… Если предстоит битва, вколи двойную дозу, но знай, что тогда неделю точно проспишь в любом случае.

— Мне нужно вернуться в Санди.

— Я с тобой.

— Нет, раз уж ты здесь. Присмотри за Латифой, она — важный свидетель.

— За Латифой присмотрю.

— За мной не езди! Не смей ее брать с собой. Все это слишком опасно.

— Когда тебя стали пугать опасности?

— Все, разговор закончен. Я поехала.

— Поешь хотя бы. Латифа такую вкусную похлебочку сделала.

Я посмотрела на Лоуренса, надеясь, что мой взгляд все мои мысли передает. Но у него была удобная способность — делать вид, что он не понимает.

Лоуренс выше меня на голову, он опять сменил прическу, раньше он ходил с немного отросшими волосами до скул, потом их сбрил. Сейчас у него отрасли на затылке и темени пряди, которые свисали на лоб. Выглядел он немного дерзко. Мы оба пошли в нашего отца, взяв от него синие глаза и коричневые волосы с вишневым отливом. Вот только мои черты лица достались мне от матери, а глаза Лоуренса были чуть меньше, с небольшим прищуром как у отца. Ямочки на его щеках никак не вязались с тем обмундированием, которое он носил на миссиях. Кстати, о миссиях.

— Почему ты не на задании? — спросила я. — В отпуск ушел?

— Ага, в санаторий решил съездить, — ответил он на мою шутку. У нас нет отпусков, только дни между миссиями.

— Серьезно, почему ты здесь?

— Ты сама попросила меня насчет Латифы, я оценил масштаб… и понял, что не могу оставить тебя одну.

— Нитта, наверняка, недовольна.

— Эй-эй, я пару миссий выполнил, между прочим.

— Какой ты… многозадачный!

— Есть пошли, я не отпущу тебя, пока ты не поешь.

— Знаешь, что…

Он перебил меня, схватил меня за руку и повел вниз на кухню, а между тем болтал:

— Ты взрослая, тебе двадцать два недавно исполнилось, ты очень опасная, тебя все боятся, тобой восхищаются. Да-да, я знаю. Но кто-то же должен о тебе хоть чуть-чуть заботиться. Даже если ты не даешь. Пусть это будет хотя бы горячая еда, Николетт. Я знаю тебя всю жизнь, и передо мной не нужно строить сильную всегда.

Я молча села за стол, Латифа уже поставила тарелку от которой шел пар и робко улыбнулась.

Я задалась вопросом: а смогла бы я дать Шафрану позаботиться обо мне? Не выглядеть сильной все время? Впрочем, он уже будил во мне эмоции, которые я всегда держу под контролем. Но… слабее или сильнее я от этого. Вместе мы сильнее?

Опять! Опять я думаю не о том, что надо. Я с силой сжала ложку и поняла, что Лоуренс наблюдает за мной. Его цепкий взгляд видит каждую мою напряженную мышцу, он все отмечает.

— Чего? — рявкнула я.

— Просто интересно. Ты попросила меня о помощи на миссии. Это редкость.

— Да, проблески ума и у меня бывают, представляешь?

— И Рейни с Эндари попросила.

— К чему ты клонишь?

— Если бы ты хотела выполнить миссию ради репутации… ты бы не стала столько людей привлекать для помощи.

— Миссия глобальна, надо трезво оценивать ресурсы. Призвать кого-то на помощь — тоже хорошее умение.

Он похлопал, очень театрально. Я старалась игнорировать его ехидный взгляд.

— Неужели, ты наконец это поняла? В чем причина?

— Ну, недавно я повзрослела, ты сам сказал стала на год старше.

— Да-да, именно в этом.

Латифа молча суетилась с чаем, я посмотрела на нее и увидела, как она отчаянно делает вид, что ее тут нет.

— Спасибо, Латифа, — кивнула я ей. — Похлебка очень вкусная.

Она улыбнулась и поставила чай. Она была очень молчаливая и смотрела большую часть времени на свои руки, а вскоре пробормотала про приборку на втором этаже дома и ушла.

— Она всегда такая застенчивая? — спросил Лоуренс.

— Ты хочешь, сказать, что при тебе она почти не разговаривает?

— Да, она, когда позвонила то мне пару дней назад ее голос дрожал.

— Обычно она более болтлива, — ответила я и решила спасти ситуацию. — Ну знаешь, девушки Кароса застенчивые, она еще и во дворце работала, а сама из деревни. Сам должен понимать. А ты — ассасин, свой костюм вообще в зеркало видел? Ничего еще более приметного не нашел? На лбу не хочешь себе написать «Я самый сильный, бойтесь меня»?

Он рассмеялся, и я слегка расслабилась. Впрочем, не смотря на все наши перепалки… с Лоуренсом я правда часто расслаблялась. Хоть и не любила это признавать. Но старший брат… он везде старший брат.