– Ребенок, – пожала плечами Лена.

– Не ребенок, – сказал Санек. – Шаман.

– Ты хочешь сказать, – начал Жека. – Что все прекратилось действительно потому, что Маугли понравились анимэ Акиры?

– А почему нет? – пожал плечами Санек. – Вы знаете, что я думаю? Маугли не просто шаман. Он главный шаман.

– Как? – всплеснула руками Лена.

– А вот так! – усмехнулся Санек. – Вы не смотрите, что он такой маленький. Может, ему уже тысяча лет… Ладно, шучу. Но, может, не главный шаман. А сын главного шамана. Вы бы отказали своему ребенку в безобидном желании мультики посмотреть? Ну, уж если бы и отказали, то вряд ли выкинули б ради этого телевизор. Правильно?

– Это как же понимать, – засмеялся Жека. – Земля теперь – просто большой кинотеатр для Маугли?

Санек ударил себя по коленям и захохотал. Прыснула и засмеялась Лена. Усмехнулся, качая головой Игорь.

– А по-моему, это не самый плохой вариант, – улыбнулся Акира.

– Это точно, – кивнул Санек.

Раздался вой мотора, и возле друзей остановился «уазик». Из него вылез Тим. Выглядел он весьма озабоченным.

– Эй, Тим, иди сюда, у нас такие новости…

Тим нетерпеливо махнул рукой и крикнул:

– Санек, Жека, Игорь! Дуйте сюда! А… И Акира, идите сюда тоже. У нас тут… что-то странное.

…Давно уже им не приходилось спускаться под землю. Ничто здесь не напоминало прежний Стоунхендж с его ярко освещенными тоннелями и электромобилями. Лифты тоже не работали, поэтому спускаться пришлось на жуткого вида клети, еще времен угледобычи.

– Пойдем, тут недалеко, – сказал Тим и щелкнул выключателем фонарика на каске. Также поступили и остальные.

Из тоннеля почти сразу свернули в старый забой, где их ждал маленький поезд из четырех вагонеток.

– Специально ток подвели, – прокомментировал Тим. – Чтоб зря не плутать.

Маленький локомотив дернул и они поехали в мрак.

Впрочем, довольно скоро остановились.

– Приехали, – сказал Тим. – Сюда идите. Вот, это вход в пещеру.

Эта пещера показалась Игорю очень похожей на ту, в которой «оборотень в погонах» Ястребов предъявлял ему несчастного прапорщика Певника, что ныне здравствовал на поверхности, умудряясь где-то постоянно находить самогон и совершенно не трезветь.

Но с первого же взгляда бросилось в глаза неожиданное: все стены, насколько хватало взгляда, были искусно разрисованы сюжетами из знакомых анимэ.

Удивительные наскальные рисунки были сделаны яркими красками, но при этом не были похожи на модные некогда граффити, а носили неуловимый налет древней наскальной живописи.

Потрясенный Акира издал какой-то нечленораздельный звук. Он подошел к стене и принялся гладить ее, будто пытаясь проверить, не наважденье ли это.

– Здорово, правда? – усмехнулся Тим. – Но я не это хотел показать. Вернее, не только это. Пойдемте за мной.

Они прошли еще метров тридцать, и остановились.

– Игорь, насколько я помню твои рассказы, тебе это должно быть знакомо.

В мечущихся лучах света Игорю предстало знакомое зрелище.

Истыканный иглами, перед ними лежал огромный, в человеческий рост, шар из грубо отделанных шкур.

– Е-мое… – сказал Игорь. – Это еще зачем? Ведь это уже отработало… Как говорил Мишаня.

– Вот и я у вас хотел спросить – что вы думаете об этом? – сказал Тим. – Сегодня патруль заметил здесь движение и заглянул на всякий случай…

– Ох, и смелый же у вас патруль, – покачал головой Жека. – Прям, как в американских «ужастиках»: если из подвала доносятся страшные звуки, надо обязательно спуститься, обделываясь от страха… Даже не знаю, что думать…

– А что тут думать, – сказал Игорь. – Видимо, кое-кто собрался завоевывать новую планету. На Земле ведь теперь будет «Диснейленд» для Маугли…

Жека подошел поближе к шару и тихо сказал:

– Можете считать меня чудовищным эгоистом, но для того, чтобы спасти Землю, я готов отправить всех до одного Покровителей на любую обитаемую планету. Пусть мне даже потом будет очень стыдно. Вот только как это сделать побыстрее?

– Очень просто.

Это сказал Маугли. Он, как всегда появился из-за спины. Он был, как обычно, без одежды. Все руки его и почти все тело были измазаны разноцветными красками.

В руке он сжимал растрепанную кисточку.

Жека сидел в кресле перед нервным и бледным парнем, который никак не мог прийти в себя после стандартного рассказа Жеки. Жека смотрел на молодого человека и спрашивал себя: жалеет ли он его? Ведь никто пока не знает, что станет с этой планетой, после того, как такие, как он, примутся за дело.