— Неужели в замке есть выход в другой нижний предел, прямо как на Южном рубеже? Может, здесь живут представители стихии воздуха? — завалил его вопросами парень.

— Исключено, воздух я бы смог его идентифицировать. А это была скорее тьма, всеобъемлющая и всепоглощающая. Просто от открытия портала, казалось, вся энергия из помещения исчезла. У меня даже мурашки на коже появились. Хотя у меня нет кожи, а человеческие чувства мне должны быть неведомы. Это очень плохое место. Не стоит тебе здесь оставаться, — в глазах человечка застыла мольба.

— Побег завтра вечером, а пока давай спать! — теперь, когда его шпион, наконец, вернулся, Ю смог расслабиться и уснуть.

Весь следующий день он был на людях. Старался, чтобы его было много. Слишком много. Он совал свой нос везде. Даже в кастрюле с обедом на кухне.

Даже императору на глаза он пару раз попался. При том специально.

И Ё не упустил момента напомнить о том, что сегодня последний день, и после полуночи пари им будет проиграно.

— Ещё не вечер, — многозначительно произнес парень и засмеялся.

— Мне нравятся люди, которые умеют улыбаться даже тогда, когда всё идёт не по плану. Лучше начинай думать над словами, которые ты завтра скажешь своей любимой тёте, — император усмехнулся, отвернулся и ушёл, высоко подняв голову.

Поистине жалкое зрелище, если учесть что ноги его не слушались.

«Видимо, император умирает, вот и торопится со свадьбой, чтобы успеть оставить империи наследника. Только он ещё не знает, что наследник у неё уже есть!» — подумал про себя Ю, и отправился донимать телохранителей.

В замке вообще было нечем заняться. А в сад его не выпускали. Видимо, боялись, что парень может улететь. Он бы конечно мог, но к чему такие трудности.

И вот Час Икс настал. Император отправился за картину, а Сань прочь из замка.

Ю направился к себе, с просьбой не беспокоить. Телохранитель вышел за пределы замка, а через несколько секунд, Ю, уже за стенами замка, менял свой вид с помощью плаща и маски. Теперь телохранитель не узнает его, даже если увидит. К тому же рядом с ним был Уху, облаченный в доспехи. Теперь парень был больше похож на человека из знатного рода, желающего остаться инкогнито, сопровождаемого телохранителем.

Они шли даже не скрываясь. Мужчина, погружённый в свои тяжёлые мысли, всё равно не заметил бы их преследование. А если бы даже и заметил, то уже было бы поздно. Они покинули многолюдный город несколько минут назад. Конечная точка его маршрута им знакома. Если он не пойдёт сам, они его дотянут силой. Несмотря на то, что у него уровень выше, их всё же двое.

И вот уже показалось поместье. Вид у него был ужасный. Будто ремонта оно не видело ни одно десятилетие. У крыши посыпалась черепица. Кое-где отбился кирпич и покосились двери. Появились дыры в стенах.

На долгий упрямый стук Саня, через какое-то время дверь центрального, самого хорошо сохранившегося здания распахнулась.

На пороге стоял старик. Он был худой и одет в лохмотья. Ю он, почему-то напомнил Апу. Только в отличии от того, был настоящим стариком, а не подделкой.

— Отец, — произнёс Сань с дрожью в голосе, казалось он вот-вот не сдержит слёз, — ну долго ты ещё будешь упрямиться? Ты же столько лет живёшь здесь один. Император не возражает, чтобы ты переехал во дворец.

— Я здесь жил, и здесь умру, — старик постарался закрыть дверь, но телохранитель в последний момент подставил ногу.

— Не хочешь переезжать, возьми хоть еду. Ку Ван специально для тебя её приготовила. Ты же помнишь хохотушку Ку?

— Помню конечно, — фыркнул отец Саня, — а ещё помню, как она, вместе с остальными неблагодарными, перешла в услужение Первого принца Ё, предав светлую память принца Дань Си.

— Си уже столько времени нет, а ты продолжаешь играть в преданного хозяину слугу? — сын явно начинал злиться на отца, от его удара кулаком в стену с крыши свалились ещё несколько плиток черепицы.

— Я не играю, — прокричал старик, хватаясь за весящий на поясе кнут, — просто я знаю, что обозначает слово преданность. К сожалению, для тебя это слово — пустой звук. Видимо, плохо я тебя воспитывал.

— Возможно, если бы в детстве ты уделял больше внимания мне, а не Си…

— Что было, то было, — резко отрезал старик, — травой поросло. Я каждый день прошу тебя не приходить, а ты всё приходишь!

— Я буду приходить сюда каждый день, до тех пор, пока ты не согласишься на переезд или пока однажды не не откроешь мне эту чёртову дверь, — Сань со всей силы стукнул по ней ладонью.