Парень снял с шеи кулон в виде золотого лотоса. Точно такого, как красовался сейчас на спине, отвернувшегося от них, Саня.

— Упрямый! — тяжело вздохнула Сюнь Юнь.

— Ну уж какой есть, — улыбнулся Дань Си и поцеловал на прощание в щёчку спящего малыша, — подрастай скорее, кроха. Если я не вернусь, то на твои плечи ляжет тяжёлая ответственность за судьбу нашей Империи.

— Постарайся не погибнуть, — едва слышно шепнула девушка, прежде чем он ушёл.

— Братец Ю Сань, а ты чего здесь делаешь? Уж не послал ли твой отец тебя мне на подмогу. Дядьку тут моего искать, как иголку в стоге сена, — пожаловался Си, наблюдая за реакцией собеседника.

Глаза того быстро забегали из стороны в сторону, а губы сжались то ли от досады, то ли от злости. Ничего не ответив, он достал из ножен меч.

Отсутствие ответа, было в данном случае самым лучшим ответом. Брат Сань показал своё истинное лицо, выражающее лишь пренебрежение и ненависть.

— Неужели что-то случилось после моего ухода? Что-то с распорядителем Чуном? — сердце принца дрогнуло от нехорошего предчувствия.

— Пока с ним всё в порядке, только если я не принесу до вечера твою голову в поместье, всех его обитателей ждёт смерть. Прояви благоразумие. У тебя гораздо больше шансов быть съеденным дикими зверями, чем найти в этом лесу Дань Яня. Но ценой своей жизни ты ещё сможешь спасти несколько десятков человек.

— Я согласен, — не моргнув глазом, закивал Си и стал на колени, — я ведь сам просил их выжить, если будет хоть один, даже самый маленький, шанс. Руби.

Ю Сань замахнулся. В любую секунду меч был готов сорваться вниз, обезглавив третьего принца.

— Не смей этого делать! Твой отец не сможет спокойно жить, зная, что за его жизнь оплачено жизнью господина. Он лучше умрёт, чем согласиться на это, — Сюнь Юнь покинула своё убежище и стала между мечём и Данем.

— Неужели ты даже готова умереть ради своего возлюбленного? Я тронут до глубины души! Но слепая любовь и преданность ему только вредят, исчезни! — рукоятью меча Сань ударил девушку по лицу с такой силой, что она пролетела несколько десятков метров и ударилась головой о нижний заострённый сук попавшегося на пути дерева. Недвижима, она рухнула вниз. Вокруг разлилась лужа крови.

Если до этого Си был готов погибнуть без какого-либо сопротивления, то сейчас у него не оставалось выбора, и он вынул из ножен свой меч.

— Неужели ты думаешь, что сможешь меня одолеть? — осклабился слуга, предвкушая лёгкую победу, — мой уровень владения оружием выше, а дух сильнее.

— Вот и посмотрим, я ведь сражаюсь за правое дело, и за жизнь, которая когда-нибудь сможет изменить всё в нашей любимой Империи, — парень оглянулся в сторону дупла, в котором находился младенец, если он сейчас погибнет, то и ребёнку не жить.

Обеими руками принц вцепился в рукоять меча и сделал короткий замах, стараясь с первого удара нанести серьёзную рану врагу. Это хоть как-то могло уровнять их шансы.

— Не так быстро! — Сань без особых усилий отбил удар и принялся контратаковать.

— Что я тебе такого сделал? — отскочив в сторону, буквально за миг до того, как меч готов был пронзить его грудь, выкрикнул Дань Си, — я ведь ни разу даже грубого слова тебе не сказал.

— В этом и всё дело. Всю свою жизнь ты претворялся добреньким и слабеньким. Тебя все любили, жалели. Старик готов пустить ради тебя всех жителей усадьбы под нож. И эта тоже предпочла за тебя погибнуть, — быстро кивнув головой в сторону лежащей на земле Сюнь Юнь, Сань изловчился и нанёс очередной удар, вскользь зацепивший принца.

Из рассечённой брови медленно потекла кровь.

— Я её об этом не просил. И вообще никого никогда ни о чём не просил. Разве моя вина, что они сами так решили? — принц снова бросился в атаку, в этот раз не надеясь на меч, выпустил свои огненные крылья.

Он планировал сбить врага с ног, а после забрать ребёнка и улететь. Далеко улететь он вряд ли сможет, но Саню пешком его не догнать.

— Постыдился бы своих куриных крылышек, такое чувство, что у тебя в роду не фениксы, а петухи были, — увернувшись от налёта, слуга вцепился в левое крыло принца обеими своими руками. Оно медленно начало покрываться льдом, — мой ледяной носорог значительно сильнее твоей огненной птички. Не трепыхайся, иначе разобью твоё единственное доказательство принадлежности к императорскому роду.

Дань Си послушно замер. Он с первых секунд не надеялся на победу. Его единственным шансом на спасение были звери, о присутствии которых предупреждала Сюнь Юнь. Они могли прийти на шум. У парня были крылья, способные на какое-то время поднять его в воздух, и спасти от хищников. Но сейчас принц оказался в весьма затруднительном положении.

— Хорошо, я сдаюсь! Только прежде чем ты меня убьёшь, хочу попросить тебя об одной услуге. Не за себя прошу, за Сюнь Ю. В дупле того дерева остался малыш — Дань Ю. Он ничего тебе не сделал. Не дай ему погибнуть здесь, найди для него хорошую семью, — попросил Си и упал на колени перед слугой.

— Договорились! — соврал Сань, который всей душой ненавидел принца и его отродье, — теперь замри и не мешай мне тебя убивать.

Дань Си посмотрел последний раз в сторону дупла, вытянул шею и закрыл глаза.

«Дзынь».

Голова упала в заранее приготовленный Санем мешок.

Теперь настала очередь младенца. Парень не спеша приблизился к дереву, служившему тому убежищем. Сюнь Юнь и Дань Си были мертвы, и остановить Саня теперь никто не мог.