Девушка втянула воздух через нос и показала на поселок, который отсюда виден, как окутанная пылью груда камней на расстоянии опустыненного океана из осколков скал и мелкой растительности.

– Они держат их в подвалах. Сейчас там очевидно никого нет. Вся охрана пришла сюда, когда появились вы.

Я натянул на лицо черный платок и пихнул девушку в сторону одной из пристроек, со словами:

– Сиди здесь, и никуда не выходи, пока не услышишь свист.

– Нет...
– она опять схватилась за меня, но я откинул ладонь и в ухмылке прошипел:

– Либо так, дорогуша. Либо вернёшься обратно. Ты итак отберешь у меня слишком много времени.

Видимо выражение на моём лице подействовало на неё хорошо, потому что она тут же сделала то, что ей велено и забежала в дверь, быстро захлопнув её за собой.

Плавно повернув голову в сторону посёлка, я лишь легко перепрыгнул забор, и пошел к месту, в котором должна была быть последняя вещь Дже Мина. А вещами эта тварь считала людей. Именно она поможет мне добраться до горла ублюдка и наконец уйти к Ней. Большего я не желал.

Всё, что мне нужно было - это узнать у этой несчастной, кто такая Барбара Монтанари и как эта женщина связана с Дже Мином. Потому я не жалел ни усилий, ни крови, ни собственной жизни, чтобы добраться до конечной цели - смерти чудовища на моих глазах, и глазах той, которая всегда была рядом со мной. Прямо за мной. Во мне.

Однако я не успел. Всё, что смог сделать - отпустить новую партию живого товара. Я вбегал в каждую камеру, в которой в грязи сидели люди самых разных национальностей и возрастов. Преимущественно это были женщины, которые лишь увидев меня тут же забивались в угол, однако понимая, что теперь свободны, выбегали прочь. Бежали по пустыне, пока я стоял на одной из крыш. Следил за тем, как жизнь, обесцененная до куска мяса, еле перебирала ногами, но бежала, чтобы спастись.

Однако я так и не узнал того, зачем пришел сюда.

"Ты справишься..." - рядом прозвучал теплый шепот, а я только хохотнул, спрыгивая с крыши вниз, чтобы убраться отсюда подальше.

Как только Дже Мин узнает, что я прикончил одного из его братьев, он поймет, что за ним идут. Но тогда я и не думал, что встречу на своём пути настоящего человека, коих в моей жизни было не так много. И путь на самый желанный материк планеты, я выбрал наиболее изощрённый. Пока мой хозяин ждал голову старика Клетки, я шёл за другой.

Именно она - страшная гниющая пасть снилась мне постоянно. Снилась не просто в кошмарах, а во снах, наполненных агонией. Слово "ночь" стало для меня синонимом слова "ад". Кишащая тварями огненная Геенна, в центре которой стояла Она. По белому платью стекала кровь, а посиневшие гнилые губы шептали: "помоги... спаси... мне больно Тангир... я умираю... останови это..."

Корабль качнуло и я резко открыл глаза, тут же схватив нож, который постоянно лежал под моей подушкой. Я никогда не выпускал оружия из рук. Однако в этот раз на меня смотрела не смерть, а девушка. Алиша огромными глазами, похожими на блюдца, с дрожью вцепилась взглядом прямо в нож и дышала через раз.

– Зачем встала надо мной? - прохрипел и отряхнулся, потому что пот заливал даже глаза, стекая по волосам.

– Ты весь дрожал, как в горячке. Я подумала что тебе плохо, - она повела рукой, которую я схватил неосознанно, а потом упала прямо на меня, когда это корыто качнуло ещё раз.

– Ты этого хотела?
– тихо спросил, когда понял зачем девушка вообще подошла к лежанке из одеял, на которой я спал уже вторую неделю, пока мы добирались до Гонконга.

По другому перевести её к американскому консульству без документов я не мог. Только через Китай и с помощью корыта, которым мы сплавлялись от Макао.

– Ннет, - Алиша ответила почти заикаясь, а я лишь холодно прошёлся по её лицу и отрезал жёстким голосом:

– Зачем врешь?

– Я не вру!
– она посмотрела на меня и сжала челюсть, только сильнее вцепившись рукой в мою грудь.

– Тогда спать иди! Этой ночью я наконец посажу тебя на паром до Гонконга, и избавлюсь. Там тебя встретят твои люди, агашши.

Я попытался отпихнуть девушку и подняться, чтобы выйти на балкон каюты, на она только повела ладонью вдоль моего тела и вообще села верхом.

– Зачем тогда врала, - упёрся обеими руками в одеяла за спиной, осматривая эту невероятно занимательную картину, - Это плохая идея, Алиша.

– Забери меня себе...
– её руки стали ползти вверх по плечам, а голос обратился в глубокий, тягучий, похожий на урчание кошки.

– А ты вещь?
– приподнял бровь, хрипло прошептав это у самих губ Алиши, которая успела оседлать меня полностью и потянуться к лицу своим.