Мужчина криво усмехнулся. Глаза неприятно сверкнули. Они медленно ходили по кругу, сохраняя дистанцию, и смотрели друг на друга, как хищники на мясо.

— Я тебя помню! — рассмеялся колдэрец на неплохом теинском. — Славная была битва в Бриллиантовой долине. Ты неплохо дерёшься, но я всё равно лучше!

— Сейчас проверим! — вскипел Романов.

— Ты постоянно отвлекался на ту девчонку, шаонец! — продолжал насмехаться мужчина… — Как там её звали… Виктория? Вэйла?

Этот мерзкий голос натягивал нервные струны до предела. Денис молча сжал челюсть. Он опасался, что не сможет дальше сдерживать ярость.

— …Может быть, Вера? — с наигранной задумчивостью напрягал память противник. — Ах, нет… Точно, Виолетта!

Из его уст её имя прозвучало, будто отравленное ядом. Колдэрец с наслаждением провёл языком по верхней губе, как бы пробуя его на вкус.

— Не смей произносить её имя! — прошипел патрульный.

— Могу тебя понять, она очень горячая потаскуха! — усмехнулся тот. — Когда я прикончу тебя, а моя госпожа закончит с мальчишкой, я отыщу твою бабу и помогу ей забыть о тебе.

Это было последней каплей. С яростным кличем Денис кинулся на него, рассекая воздух. Противник без труда увернулся и оттолкнул его ногой. Романов отлетел к склону и ударился спиной о камни. В глазах потемнело, но он не собирался сдаваться.

— Ты понимаешь, что она делает тебя жалким и слабым? — раздался насмешливый голос. — С нашей последней встречи ты стал настоящим слизняком!

Денис вдохнул горный воздух полной грудью и тяжело поднялся. Краем глаза он видел, как Томас дерётся со вторым колдэрцем. Похоже, у него дела обстоят намного лучше. Патрульный постарался откинуть все посторонние мысли и полностью сконцентрироваться на противнике.

Он вновь вступил в противостояние, и на этот раз ярость подпитывала на более решительные действия. При каждом взмахе меча Денис представлял, как пронзает насквозь гнилую плоть. Насмешливая улыбка на лице противника постепенно таяла. Вскоре рот скривился от напряжения.

Последним ударом Денис полоснул острием меча по его лицу. На месте ссадины брызнула кровь. Мужчина на секунду застыл. Его глаза отвратительно сверкнули.

— Можешь стараться сколько угодно, мальчик, но ты не сможешь защитить этого выродка! — с отвращением прошипел он. — Моя госпожа не отдаст его вам!

Денис бросил быстрый взгляд на склон позади него, и в голове созрела безумная идея.

— Крайне жалкое последнее желание! — насмешливо произнёс парень и резко толкнул мужчину ногой.

Колдэрец приложился спиной к камням и едва слышно захрипел. Он не пытался встать, лишь откинул голову назад и посмотрел на Романова до тошноты уважительным взглядом.

— Не такие уж мы и разные, шаонец! — сдавленно усмехнулся он.

Денис поднял руку и без особого труда заставил часть камней отделиться от скалы. Он молча наблюдал, как массивные булыжники валятся вниз на шестёрку Тамары, придавливая его своим весом.

В воздух поднялась пыль. Томас между тем расправился со вторым часовым. Обезоружив его, глава клана Шаонэ схватил его меч свободной рукой и приложил лезвие к горлу. Колдэрец нервно сглотнул.

— Дэн, что было непонятного в приказе никого не убивать? — осуждающе поинтересовался Томас.

— Он это заслужил! — коротко ответил Денис, не отводя взгляд от камней.

— Ладно, не важно. Главное, что у нас есть один живой пленник.

Томас смерил его долгим взглядом прежде, чем задать первый вопрос:

— Где расположен лагерь Тамары?

8Острие меча уткнулось ему в шею, намекая на необходимость дать правильный ответ. Колдэрец лишь раздражённо сплюнул.

— Идите к чёрту! — прошипел он.

— У нас нет времени на допросы! — нетерпеливо напомнил Денис.

— А мы и не будем его допрашивать! — спокойно заверил Верховный наставник и обратился к пленнику. — Понимаешь, моя магия — невероятно полезная штука. Этоправда, истина— называй как хочешь. С помощью этой правды я отыскал труп, который вы подкинули на другой конец склона. Но самое интересное свойство моей магии — заставлять людей говорить правду. Я никогда не использую силу таким образом, даже для допросов. И хочешь знать почему? Потому что это причиняет человеку невыносимую боль. Твой мозг начнёт отекать так стремительно, будто голова вот-вот лопнет. Эта боль не сравнится ни с чем, что ты испытывал раньше. Если повезёт, расколешься до того, как наступят необратимые изменения. При необходимости я продлю твои страдания. Испытать такое я не пожелал бы даже самому заклятому врагу!

Ты лжёшь! — прохрипел колдэрец. Но уже заметно занервничал. На лице отразился ужас.

— Сейчас ты в этом убедишься!

Томас сделал шаг к нему, и мужчина испуганно вжался в землю.

— Нет, погоди! Я всё скажу… — поспешно затараторил он. — Я слыхал о таком даре… Хуже смерти! Лучше сразу убейте меня! Я всё скажу! Она на востоке. Если поторопитесь, успеете за тройку часов. Только не делайте этого!

Пленник так нервничал, что постоянно переходил на язык северян. Но Томас владел им в совершенстве, поэтому без труда понял каждое слово.