Да, моей бывшей комнаты нет, вернее она есть, но это будет детская. Работы еще много, а я пока не разрешаю там ничего делать, рано.

Принимаю душ и надеваю красивое белье. Марат уже ждет в спальне, окидывает меня голодным взглядом, но нам ведь сейчас не до этого. Хотя он и так в последнее время осторожен.

— Я думал, ты хотя бы обернешься в полотенце…

— Ну, я не знаю, куда мы пойдем, посоветуешь, что мне надеть?

— Платье, — довольно прищуривается. — Мы пойдем в ресторан. Только давай без высоких каблуков, не хватало еще, чтобы ты упала!

Я закатываю глаза и поворачиваюсь к шкафу, временному убежищу моим вещам, потому что Марат намерен сделать отдельную гардеробную. И его совсем не смущает, что мои вещи не займут и малой части этой гардеробной.

Мы подъезжаем к ресторану, вокруг нет машин, так тихо. И странно. Беру Марата под руку, когда входим внутрь. Администратор встречает нас и предлагает следовать за ним.

— Почему здесь так пусто? И посетителей нет…

— Потому, что я забронировал весь зал!

Я кошусь на Марата, но он делает вид, что не замечает этого.

— Ты ведь не за один день это сделал, да? — он довольно кивает. — И стоило ли это стольких затрат..

Мы присаживаемся за единственный столик рядом с баром, нам тут же приносят уже готовые блюда, свет в помещении меркнет, а на баре загораются свечи.

— Впечатляет, — улыбаюсь, это действительно было эффектно, не знала, что Марат на такое способен. — Да ты, оказывается, романтик?

Марат улыбается, чуть наклоняется ко мне и почти шепотом произносит:

— Только не говори никому.

Не сдерживаю смех и качаю головой, да уж, все равно он не предсказуем.

Мы приступаем к еде, Марат позаботился о том, чтобы меня не стошнило прямо в ресторане, потому заказал нам обоим запеченную рыбу. В последнее время на мясо я даже смотреть не могу.

— Знаешь, — начинает он, но затем хмурится, на экране его телефона высвечивается имя Стеллы.

— Часто она тебе звонит?

— Я не об этом хотел поговорить, — крепче сжимает приборы в руке. — Я не отвечаю на ее звонки, веришь?

— Ответь, — киваю на телефон и чтобы он немного расслабился, кладу ладонь поверх его руки. — Я тебе верю. Но пора с этим покончить.

Марат включает громкую связь и кладет телефон посреди стола.

— Марат? — голос девушки проносится по залу. — Неужели ты, наконец, ответил..

— Ближе к делу, я занят.

— Она рядом, да? — девушка шумно выдыхает. — Прости, я у обоих прошу прощения, и хоть твой отец сказал держаться от вас подальше, я должна была извиниться. Мне повезло больше, благодаря моему отцу, — горько усмехается.

— Я не могу этого сделать, но если тебе будет легче, я услышал твои слова, надеюсь искренние.

Марат сбрасывает вызов, не дав Стелле сказать что-то еще. Повисло тяжелое молчание.

— Надо было сделать это раньше, ужин испорчен, — бормочет он и вновь берет телефон, кому-то звонит. — Егор, план Б!

— Какой план?

— Узнаешь!

Конечно, до самого дома Марат не обмолвился со мной и словом. В голове были разные мысли, но ни в одну из них не хотелось верить. Только когда подъехали к дому, одна из мыслей показалась мне правдоподобной.

Я выхожу из машины и заворожено смотрю на дорожку к дому, усыпанную маленькими фонариками.

— Марат?

— Идем! — берет меня за руку и буквально тянет к дому.

— Почему так темно?

Марат отпускает мою руку и я уже не чувствую рядом его присутствие. Мне это очень и очень не нравится.

— Я начинаю нервничать…

— Не нужно! — свет вдруг включается, и я морщусь, прикрываю глаза ладонью.

В гостиной стоят: Егор, Марго, Варя и отец Марата. Сам Марат стоит, опустившись передо мной на одно колено.

Я отворачиваюсь, на глаза наворачиваются слезы, и я спешно пытаюсь прогнать их.

— Не отворачивайся от меня…

Я беру себя в руки и поворачиваюсь к Марату, в его руках приоткрытая коробочка с кольцом.

— Я ведь не делал тебе предложение, как положено, — улыбается. — Может быть поэтому, ты затянула с ответом? Но это уже неважно. Я сейчас перед тобой, предлагаю свою душу и сердце, а взамен прошу тебя выйти за меня и стать моей женой…

Я мельком оглядываю присутствующих, Варя и Марго вытирают проступившие слезы, подруга кивает мне.