— Марат пришел в себя!

— О, а вот и еще одна радостная новость, — произносит доктор. — Что ж, пойдемте.

Я делаю шаг вперед и замираю, когда отец Марата вновь обращает ко мне внимание. Замираю на месте и выпрямляюсь. Знаю, что он не захочет, чтобы я пошла к нему, но мужчина удивляет меня своим жестом, приглашая пройти вперед.

Я перевожу взгляд на Егора, тот кивает, и я направляюсь к выходу из палаты, где так и остался стоять Егор. Сердце замирает в предвкушении, что я сейчас увижу Марата.

— Я не понял, — Егор идет рядом со мной, мы идем прямо следом за врачом.

— В каком смысле еще одна радостная новость?

Я немного сбавляю шаг, вспоминая о еще одной неожиданной новости, Егор останавливается вместе со мной, замечает, как я тяжело сглатываю.

— Ты беременна? — осторожно кладет ладонь на мое плечо и смотрит в глаза, я не нахожу слов просто киваю, вижу в его глазах удивление.

— Все мы в шоке, — отец Марата хлопает Егора по плечу и идет дальше за врачом.

Егор же провожает его удивленным взглядом.

— Ладно, идем к нему, уверен Марат тебя ждет!

А я уже не совсем уверена, даже не представляю, как может сейчас измениться все в один миг, узнай он том, что я беременна. От этого становится еще страшней, я буквально волочу ноги, обнимаю себя за плечи, меня пробивает дрожь. Я замираю у палаты, в которой лежит Марат, и не нахожу сил перешагнуть порог.

— Я же сказал, чувствую себя нормально! — слышу недовольный голос Марата.

Следом слышу голос врача, который самый первый вошел в палату.

— Хорошо, помните последние события? События до аварии?

— Я что похож на дебила? Все помню, — неохотно отвечает. — Такое трудно забыть.

— Нет-нет, не вставайте! Вам еще рано. У вас сотрясение, не могу сказать, что и остальные части тела в порядке. Плечо не доставляет дискомфорта? Ребра?

— Все нормально!

— Ты нас всех напугал, сын!

Тяжелая пауза в несколько секунд.

— Мне казалось, у тебя больше нет сына, — отвечает Марат. — Где она?

Егор подталкивает меня в спину, заставляя пройти вглубь палаты, а отец Марата отступает в сторону.

На глаза наворачиваются слезы. Марат удивленно оглядывает всех присутствующих, задерживает взгляд на мне.

— Тебя ведь не было со мной, не было ведь, — его глаза начинают бегать по палате, будто он пытается вспомнить что-то.

— Все хорошо, — делаю шаг вперед и вытираю слезы.

— Сестра, выйдем, думаю все в порядке.

Персонал больницы покидает палату, а я все же не сдерживаюсь, желание обнять Марата и коснуться его пересиливают.

— Ты меня так напугал! — делаю пару резких шагов и обнимаю его.

Чувствую, как напрягается его тело. Понимаю, что ему больно и отступаю назад.

— Что ты здесь делаешь? Почему в этой одежде?

Я не знаю, что сказать, опускаю взгляд, хочется выбежать из палаты. Спрятаться и не видеть его реакции. Потому что мы подошли к самому волнительному моменту.

Слышу раздражение в голосе Марата, но все так же не поднимаю взгляд.

— Егор? — произносит он.

— Э-э-э, — растерянно протягивает Егор. — Все в порядке, — но под пронзительным взглядом своего друга, с его губ слетает фраза: — Ну, я не тот, кто должен тебе это говорить…

— Упала в обморок, увидев тебя, потому что беременна! Эмоции и все такое.. — произносит уже отец Марата. — Ну, это если ты хотел в подробностях.

Меня сковывает страх, когда вижу, как напрягаются скулы Марата. Потому решаю покинуть палату прямо сейчас, но он перехватывает мое запястье и холодно произносит:

— Это правда?

— Думаю, нам надо дать им пару минут, — произносит Егор, и мы остаемся с Маратом наедине.

Я смотрю на него, вижу его напряжение, он ждет ответа на свой вопрос, но я не могу.

— Прости. Я не думала, даже не знала…

Я больше не могу найти слов, вырываю свою руку и выбегаю из палаты. Не обращаю внимания на то, что меня зовет Егор. Мне сейчас не до этого, хочу побыть одна, смириться с мыслями, что теперь моя жизнь изменится. И что, возможно, в ней больше не будет Марата.

Я не готова стать матерью, у меня ничего нет, ни квартиры, ни работы, ни денег, но я не смогу отказаться от ребенка. Я найду какое-нибудь решение, в крайнем случае, вернусь в свой город и надеюсь, отец не будет слишком долго злиться и примет меня.