— Значит, все же закрыли… — задумчиво произнес Сталин. — Больше точно не пролезут к нам?

— Не должны, товарищ Сталин. — ответил квент.

— Это хорошо… И все же… Как они смогли подавить наши установки?

— Помехи, — поморщился министр обороны. — Примерно по тому же принципу, как мы давили появление прорывов в городах. Наши специалисты уже вынесли свои предложения о модернизации системы управления установок во избежание повторения такого сценария… Честно говоря, я даже удивлен, что мы этого раньше не сделали. Расслабились, привыкли считать кси-модуляторы практически абсолютным оружием, способным задавить мощью любого мага…

— Это хорошо, что вы понимаете свои ошибки, — заметил Вождь. — Кстати, кто-нибудь может объяснить… Что вообще там произошло? На счет того, что мы прозевали появление у англичан архимага, я уже понял. И, надеюсь, вы в ближайшее время выясните, как это могло случиться! Но как Анариэль все же смогла его победить?

— Честно говоря, я этого тоже не очень понимаю, — задумчиво произнес Таурендил. — До того мы теоретически прорабатывали два варианта борьбы с такими… созданиями. Сосредоточенный энергетический удар нескольких кси-модуляторов. Или сбросом сети из подавляющего материала. Тут же нечто иное… Но про это пусть расскажет пленная Проклятая.

— Хорошо, — согласился Сталин. — Она здесь?

— Да.

— Пусть заходит…

Вошедшая в кабинет эльфийка и внешне, и одеждой сейчас походила на самую обычную квентку… Увидишь на улице — и не поймешь, что она из племени «Проклятых». Разве что бросались в глаза одетые на руки и лоб браслеты-подавители, не дающие использовать кси-силу. Но такие при посещении Вождя одевают почти каждому, кроме немногих особо доверенных, кси-операторов…

— Значит, ты знаешь, что было там, у командного пункта? — спросил вождь.

— Да, — подтвердила Тауриэль. — Ловушка…

— Ловушка? — удивленно произнес товарищ Сталин.

— Да, так назвала это сама Анариэль… Я ей рассказала о том, как работает магия майар, а она придумала, как обратить их силу против них же самих, — ответила эльфийка. — Когда майар создает каркас заклинания, ему надо влить в него силу из артефакта — а это занимает некоторое время. Если в это время заключить его в непроницаемый для энергии кокон, то вся сила останется внутри. Отразится, превратится в тепло — и уже никакой щит не спасет его. Слишком много силы…

— А если он передумает выпускать энергию? — спросил товарищ Кузнецов.

— Это невозможно, — ответила Тауриэль. — После того, как началось наполнение каркаса заклинания, процесс уже невозможно остановить пока не будет выпущена нужная порция энергии…

— А взрыв? — спросил министр обороны. — Там же рвануло на пару килотонн!

— А вот этого я не знаю, — вздохнула эльфийка. — Анариэль не говорила ни про что такое…

А товарищ Сталин слово вновь и вновь прокручивал в глазах видеозапись произошедшего — с одной из последних еще работавших камер наружного наблюдения командного пункта. Ожесточенные бои на подходе к входу в бункер, вражеские маги атакуют Анариэль. Но вот их экран разрывается в клочья — а вокруг вражеских магов возникает ослепительно сияющая сфера. Которая начинает постепенно расширяться… Все бросаются бежать, но вот какой-то парень хватает квентку и тащит ко входу в командный пункт — но уже видно, что не успеет. И вот в какой-то миг, мигнув, изображение гаснет…

Ни от Анариэль, ни от того парня не нашли даже останков — хотя уцелеть в том аду было явно невозможно… Может быть, их распылило на мелкие части, сожгло дотла, на поляне поближе к эпицентру оплавлялась даже стальная броня тяжелой техники, или даже просто зашвырнуло их трупы куда-нибудь далеко-далеко… Теперь этого не узнает точно уже, наверное, никто. Ясно одно — они погибли ради того, чтобы другие советские люди жили и больше никогда не видали на своей земле иномирных захватчиков. И этот подвиг, и молодой квентки, и тех парней, солдат и ополченцев, не должен быть забыт. О них еще будут петь песни и снимать фильмы, их именами назовут города и улицы страны, их посмертно наградят воинскими орденами…

— Надо им памятник поставить, — неожиданно произнесла Аркуэнэ, министр иностранных дел СССР.

— Согласен! — поддержал ее Таурендил.

Решение было принято единогласно… Спорить ни у кого не появилось и мысли. Так оно будет правильно. Хоть так увековечить память тех, кто освободил их мир от эльфийских нашествий…

— А если она жива? — неожиданно для всех спросила так и сидевшая до сих пор на совещании Тауриэль.

— Там взрыв на две килотонны был… — вздохнул Таурендил.

— Удалось найти заговорщиков в КГБ? — спросил Сталин. — И как думаете? Бифур… он сам застрелился?

— В записке он написал, что провалил работу и виновен в гибели тысяч человек, — вздохнул товарищ Меркулов. — Почерк его, стиль изложения тоже. Так что скорее всего… А с заговорщиками — составлен список подозреваемых. Уже начаты аресты…

— Жалко, — тихо произнес товарищ Сталин. — Толковый гном бы… Уже есть кандидатуры на его должность? Да и на место начальника 22 Главного управления тоже…

— Пока нет, — ответил Всеволод Николаевич. — Мы еще не закончили проверку и не моем быть уверены в том, кто еще мог участвовать в заговоре…