— А теперь поговорим о вас.

— Отец! — Аран поставил драконицу на ноги и одним движением оказался около Ионы. — Я хочу провести церемонию Единения.

— Аран! Ты с ума сошёл?

Иона переводила взгляд с Рулианты на принца, не понимая, что происходит. Но, судя по побледневшему лицу наложницы, церемония эта была чем-то из ряда вон выходящим.

Искоса глянув на короля, девушка не сдержалась и повернулась к дракону полностью, ошарашенно глядя, как тот улыбается.

— Ру! Угомонись.

— Норс! Наш сын, он…

— Он любит, Ру. И я его понимаю. Ты же осознаешь последствия, сын?

— Естественно. И не пожалею о своём решении.

— А может мне кто-то объяснит, что происходит? — Иона внимательно посмотрела сначала на короля, потом на Арана. Но оба промолчали. Норсиус посмотрел на сына, а тот отвел взгляд. И это, судя по виду короля, ему не понравилось. — Ру?

— Мама, не смей!

На драконицу было страшно смотреть. Во взгляде её плескалось столько боли и… Страха? Но даже несмотря на злость сына, Рулианта не отвела взгляда и тихо, но чётко произнесла:

— Она должна знать, Аран. Не смей поступать так с ней. — После чего повернулась к Ионе. — Церемония Единения это древний ритуал драконов, огонёк. С его помощью бескрылые могли обрести свою вторую ипостась. Но цена за крылья — половина жизни дарующего. Если Аран проведёт церемонию удачно, то ты не станешь драконом, но обретёшь наше долголетие, здоровье и, возможно, магию.

— А если неудачно?

— Он потеряет половину из отпущенного Богиней срока жизни.

Иона медленно повернула голову и посмотрела на Арандриуса. Дракон, хоть и выглядел смущённым, взгляда не отвёл. Даже наоборот, встряхнулся и выпрямился, твёрдо глядя в глаза своей избранницы.

— Аран, я против.

— Я проведу церемонию, Иона.

— Я не дам тебе этого сделать. Я же человек, а не бескрылый дракон! Она обречена на провал!

— Мы не можем быть уверены полностью. В истории были упоминания удачных попыток!

— История — это легенды, Арандриус! — Иона подскочила с кресла, гневно сжимая кулаки. — У тебя есть долг перед своей страной! Ты должен жить!

— Я не умру, если что-то пойдёт не так. Но вот без этого ты умрёшь… Через сколько, Иона? Через сто лет? Двести? Маги хоть и живут долго, но не как драконы. Я не могу жить, зная, что у нас так мало времени.

— Тогда лучше вообще не пытаться. Я не приму такой дар, Аран, и не проси.

— Я не прошу, Иона. Я ставлю тебя перед фактом. Согласие второй стороны не требуется.

— Не смей решать за меня, принц драконов. — Девушка едва не шипела, со злостью глядя на жениха. — Я достаточно жила, словно бессловесная кукла! Не смей так поступать со мной!

Резко развернувшись на каблуках, девушка направилась к дверям. В груди кипел гнев, щедро замешанный на страхе за Арана. Стоило только дракону шевельнуться, как на его пути выросла каменная стена.

Услышав, как хлопнули двери, Арандриус повернулся к матери.

— И кто тебя просил?

— Ты ослеплён эмоциями, сын. Иона не игрушка. Она обязана знать, на что соглашается. Если хочешь потерять её доверие и любовь — вперёд. Используй втёмную, не рассказывай ничего, сломай её. Запри в четырёх стенах, задуши своей заботой. И не пройдёт даже пяти лет, как ты увидишь вместо той, что полюбил, её пустую оболочку. Если ты такой судьбы хочешь для своей ниреме, я не буду тебя держать. Но и сыном больше считать не буду.

Казалось, из Арана вынули какой-то стержень, что держал его спину ровной. Он потерянно смотрел на мать, такую непривычно злую. На мать, по лицу которой текли слёзы. Судорожно вздохнув, принц несмело шагнул к ней. Шаг, ещё один. Осторожно обняв драконицу, Аран уткнулся носом в её волосы.

— Я понимаю твои страхи, сынок. — Рулианта обняла сына в ответ. — Но эта девочка не должна жить так. Она заслуживает честности.

Разговор драконов был прерван требовательным мяуканьем из-за стены. Пару раз моргнув, принц отпустил мать и повернулся на звук, раздумывая, как бы поаккуратнее сломать её.

Ракхан с лёгкостью преодолел препятствие и шагнул к Арандриусу, осуждающе глядя на него.

— Только не читай мне нотации.

Малыш, закатив глаза — явно научился у Ионы — подлез под ладонь дракона, так, чтобы пальцы легли на голову.

— 'Ты дурак, дракон. Иди на плац. Она злая и готова уйти.'

— Это…

— 'У неё спросишь. Иди уже!'

— Матушка, отец… Я пошёл исправлять ошибки.

— Надеюсь, она славно поваляет тебя по песку! — Норсиус ехидно усмехнулся, увидев, как взвился сын. — Если бы я знал, что ты промолчишь, то рассказал бы ей сам. Твоя мать права. Мэл, оставь его, пусть Иона развлекается. Может, выпьем?