— Можете не рассыпаться в благодарностях. Я только надеюсь, что вы будете мэром лучшим, чем этот идиот. И запомните, Крейг. Узнаю, что вы предали доверие тех, кто вас рекомендовал… — Иона сделала многозначительную паузу. — Можете идти. У вас много работы.

— Благодарю, миледи.

Пока девушка была занята, два фейри помогали грузить клетки с животными на телеги. Иона попросту боялась, что не все звери смогут перенести перемещение магией. Но из здания, где проходил суд, Сервиан девушку забрал почти сразу, как только всё закончилось.

— Как там эльфийка?

— Сегодня будем будить. Целительница сказала, что раны затянулись, так что наконец может узнаем, как зовут нашу спящую красавицу. Если она вообще умеет говорить на нашем языке.

— Я знаю эльфийский, если что. Не очень хорошо, правда.

— Не очень хорошо и я знаю. — Иона вздохнула. — Спасибо, Виан.

— Может, прогуляемся вечером?

— Посмотрим, хорошо? Но в целом я только за.

Улыбнувшись, фейри чмокнул Иону в макушку и, пока та не отреагировала, свинтил обратно к зверью — работы был ещё непочатый край.

В покоях, которые выделили для больной, кто-то раздёрнул шторы, отчего вся комната наполнилась ярким солнечным светом. Герцогиня вошла внутрь и первое, что заметила — безобразно бодрую, сидящую на кровати эльфийку. Строго посмотрев на горничную, которая должна была следить за девушкой и сразу сообщить, если та проснётся, Иона подошла к кровати и присела на край.

— Здравствуй. Ты меня понимаешь?

— Да.

— Ничего не болит? — Эльфийка помотала головой, не поднимая взгляда на Иону. — Как себя чувствуешь?

— Нормально, наверное.

— Как тебя зовут?

— Иллиантера, дочь Нелватура.

— Твою мать…

Еле дождавшись того момента, когда Иллиантера уснёт, Иона унеслась из покоев. Ей необходимо было подумать и найти либо опровержения своим подозрениям, либо подтвердить их.

Сервиан и Лаурель, закончившие с погрузкой животных, недоумённо переглянулись, замерев на пороге кабинета. Пол был устлан листами, выпавшими из многочисленных папок, которые грудой лежали около стола. Книги, раскрытые где попало, занимали весь стол. А в кресле, посреди всего этого хаоса, сидела Иона. Поджав под себя ноги, девушка пустым взглядом сверлила стену.

— Иона? — Виан бросил косой взгляд на Лауреля и шагнул к девушке. — Всё нормально?

— Ничего нормального, Виан. У меня в поместье внучка короля эльфов, невесть как оказавшаяся в рабстве у людей. Как думаешь, Эспарию сразу сотрут в порошок или чутка помучают?

— Ты уверена?

— Не совсем, но всё указывает на то, что я права. Только у правящей династии эльфов имена заканчиваются на «тур» или «тера». И она представилась именно Иллиантерой, дочерью Нелватура. Нелватур — старший сын и наследник Кирратура, правителя тёмных эльфов.

— Это…

— Это — огромный, пушной пикси, господа, который мостит свой пушистый зад мне на голову. Остаётся только надеяться, что Иллиантеру никто не ищет. Иначе это конец всему.

— Ты слишком паникуешь, Иона. Просто поговори с ней.

Герцогиня бросила было гневный взгляд на Лауреля, но тот только улыбался, отчего злость моментально потухла.

Посидев молча ещё минут пять, Иона поднялась с кресла и решила навестить эльфийку. Прошло уже почти три часа с момента, когда она уснула.

Тихонько открыв дверь, чтобы не напугать горничную и не разбудить в случае чего Иллиантеру, девушка заглянула в комнату. Аррия, тихо что-то напевая, расчёсывала волосы эльфийки, пока та осторожно ела яблоко, нарезанное на дольки. Она до сих пор не привыкла, что можно есть без ужасной боли.

— О, миледи!

— Здравствуй, Аррия. Оставь нас, пожалуйста.

Поклонившись герцогине и бросив ободряющую улыбку эльфийке, горничная выскользнула из покоев, плотно закрыв за собой двери. Иона вдобавок к этому активировала амулет, который ей сделал Сервиан — в небольшом камешке было запечатано заклинание, не пропускающее никакие звуки вовне. Присев на край кровати, девушка внимательно посмотрела на Иллиантеру.

— Ну, Ваше Высочество, как ваши дела?

— Я не принцесса, госпожа. Просто Иллиантера.

— Ваше имя говорит само за себя.

— Но я всё равно не принцесса.

— И почему же?

Они играли в «гляделки» минут пять, после чего эльфийка сдалась и тихим, надломленным голосом рассказала свою историю. Такую, что у Ионы волосы зашевелились на затылке.

***

Эльфы, будь то тёмные или светлые, не верили в Богиню или кого-то ещё. Но среди народа гуляло столько примет, что каждое происшествие умело подтягивалось к ним за все конечности, чтобы объяснить происходящее.