Я вынул бекон из духовки и положил его на прихватку, чтобы защитить стол. Когда я обернулся, Бейли спустилась по лестнице, все еще в бледно-голубой пижаме, с взлохмаченными после сна волнистыми золотистыми волосами. Мне нравилось видеть ее первым делом с утра. Она была намного приятнее, чем я после пробуждения, не говоря уже о том, что намного симпатичнее.

Бейли зевнула, сонно оглядывая кухню.

— Ты приготовил завтрак?

Ее взгляд остановился на вафельнице, ее глаза расширились.

— О мой Бог. Я люблю вафли.

— Тогда тебе повезло, потому что я делаю лучшие вафли. Я человек многих талантов. Не только на льду или в спальне.

Ее рот растянулся в кривой ухмылке.

— Я начинаю это видеть.

Она подошла, чтобы встать рядом со мной, и огляделась, чтобы увидеть, как готовятся вафли. Я обвил руками ее талию, ныряя в быстрый поцелуй со вкусом мятной зубной пасты.

— Кроме того, — сказал я, — я был слишком возбужден, чтобы снова заснуть.

— Грубая сессия? — Она сделала несколько шагов и запрыгнула на чистую поверхность столешницы рядом со мной. Сняв резинку с запястья, она посмотрела на меня, ожидая ответа, собрала волосы и завязала их в небрежный пучок.

— Не слишком. Но по дороге домой я разговаривал с ежегодным собранием акционеров Лос-Анджелеса, а потом был очень взволнован, так что… вот и все. — Я указал на еду на прилавках. Вафли, бекон, взбитые сливки, клубника и черника. И бутылку настоящего кленового сиропа, потому что мой папа был канадцем и научил меня делать все правильно.

— Оу. — Ее голос стал выше по высоте, но он был напряженным. — Значит, звонок прошел хорошо?

Она симулировала волнение в мою пользу, это было очевидно, но в ее тоне звучала нотка беспокойства в ту минуту, когда эта тема всплыла, как и в тот день, когда мы говорили об этом, когда я встретил ее за обедом в Коллингвуде.

— Так и было.

Вафельница запищала, и я повернулась, чтобы достать последнюю вафлю и положить ее на тарелку. Как только я выключила утюг и положила белое кухонное полотенце, я сделала несколько шагов, чтобы сократить дистанцию между нами. Я встал перед тем местом, где на прилавке сидела Бейли, и положил руки ей на бедра.

Она посмотрела на меня с неестественно нейтральным выражением лица. Но она не умела скрывать своих чувств. Ее веки затрепетали, когда я провел пальцами по линии ее подбородка, пока не обхватил ее лицо.

— Тебя беспокоит, что с нами будет, если я уйду, Джеймс?

— Как бы. — Ее глаза сверкнули неуверенностью. — Не так ли?

— Думаю, я полагал, что мы заставим это работать.

Может быть, с моей стороны было глупо предполагать, но мне и в голову не пришло, что может быть альтернатива. Я не считал ее присутствие в своей жизни необязательным. Надеюсь, она чувствовала то же самое.

Лоб Бейли сморщился, и голос ее был тихим, нерешительным.

— Как?

Хороший вопрос. Я еще не продумывал детали. Я был слишком сосредоточен на всех вещах, которые предшествовали этому. Но это не казалось таким трудным — мы могли навещать друг друга, когда позволял наш график, и мы могли говорить все время. Возможно, такой ход мыслей был наивен, учитывая, что подавляющее большинство моих знакомых парней, которые пробовали дальние поездки, говорили иначе. Я слышал ужасные истории обо всем, от постоянных драк до измен. Один из моих бывших товарищей по команде узнал об этом, увидев в Instagram фотографию своей девушки, целующейся с другим парнем. Но мы были другими, ни один из нас даже не подумал бы сделать что-то подобное. Это была моя теория, и я все равно ее придерживался.

— Накапливать много премиальных миль, летая туда и обратно? FaceTime? Явное упрямство? Вы знаете, у меня много последнего; это должно что-то значить.

— Хорошо. — Она посмотрела на стойку и пожала плечами. Потому что она не поверила мне в том, что это сработает? Или она не хотела попробовать?

Будет ли решение уйти раньше срока эквивалентом подписания смертного приговора нашим отношениям? Может быть, я ошибался насчет ее неспособности скрывать свои чувства, потому что вдруг я не смог понять, что творится у нее в голове.

Я поднял брови, пытаясь прочитать ее лицо. — Если только ты не хочешь этого делать.

— Нет. — Бэйли покачала головой и зажмурила глаза, прежде чем снова открыть их. Ее карие глаза, все еще непроницаемые, сфокусировались на мне, а поза была неподвижной, как будто она воздвигла невидимую стену. — Я просто… не знал, будешь ли ты. Дальние расстояния кажутся трудными.

— Кто еще будет меня терпеть? — дразнил я, водя руками вверх и вниз по ее рукам. Прикосновение к ней, возможно, было ошибкой, потому что теперь мои мысли двигались в другом направлении.

Сосредоточься, Картер .

Она сдержала улыбку.

— Хорошая точка зрения.

— Шутки в сторону, я бы предпочел, чтобы ты был, чем нет, как бы это ни выглядело. Зачем позволять временной ситуации разрушать то, что у нас есть? Я хочу быть с тобой намного дольше, чем те девять или десять месяцев, которые мы прожили бы врозь.

Там я пошел снова, предполагая. Но она не возражала, только кивнула, так что, возможно, я был на верном пути.

Я наклонил голову, поймав ее взгляд.